Когда же большая часть русичей устроила шуточную битву, то Влад вернулся на дорогу и сделав небольшой круг, открыто направился к реке.
Евдокия услышала пронзительный свист, все замерли, а потом вои бросились подниматься наверх. Князь быстрым движением уронил её и закрыл опрокинутой лодкой. Он хотел и царевича туда же запихать, но тот по-взрослому рыкнул:
— Не смей! Я буду сражаться со всеми!
Евдокия не успела испугаться. Раздался новый свист и напряжение сошло на нет.
— То гости к нам, — услышала она одного из воёв и неуклюже вылезла, обиженно косясь на мужчин.
Князь же был серьёзен и старался прикрывать собою племянника с боярышней. Совершенно бесполезный жест, но делал он это интуитивно.
Стоило всем оказаться наверху, как Балашёв с Ильей закрыли Евдокию собою и подвели поближе к Мухе.
— Они тут с самого нашего приезда стояли за деревьями, — шепнул ей Илья.
— О, — удивилась Дуня и вытянула шею, чтобы разглядеть Влада. Случайно столкнулась взглядом с ним и осторожно помахала рукой, приветствуя и желая здравия. Влад улыбнулся и вежливо кивнул ей.
Евдокия осталась у лошади, пока мужчины переговаривались. Потом князь с царевичем расступились, и Балашёв с Ильей тоже отошли, давая простор своей боярышне. Она засуетилась, торопливо отряхиваясь от снега и не сразу заметила, что на неё все смотрят.
— Преломим хлеб, — пригласил царевич всех к столу.
Слуги откинули полы шатра, и все увидели большой стол, заставленный едой. Евдокия почувствовала, что ужасно проголодалась, но прежде, чем она сделала шаг, Балашёв остановил её:
— Погоди-ка, Евдокия Вячеславна, дай получше почищу тебя от снега.
В руках у него были собраны ветки и ими он начал сбивать с нее налипший снег.
— Я тебя почищу, — крикнула она ему, выхватывая веник у Кузьмы.
Влад смотрел на боярышню охаживающую веником царевича, широко раскрыв глаза — он не понимал происходящего. Его уверяли, что между Иоаном и боярышней нет любовных отношений, но сейчас он собственными глазами увидел высочайшую степень доверия между этими двумя.