Вскоре Елена вернулась и, поскакав вокруг боярышни от избытка чувств, прыгнула на перину и выпалила:
— Какой сегодня чудесный день!
Евдокия начала стягивать с девочки сапожки, игнорируя недовольные взгляды нянек, которых придержали жёнки Марии Борисовны. Елена была довольна, что Дуня ухаживает за ней и не обращала внимания на соперничество жёнок из Московии и своих нянек."
"— Ванечка сказал, что я заботливая и умелая хозяйка, но я честно призналась, что это ты готовила. А он не расстроился, потому что сласти принесла ему я, а не ты.
Евдокия помогала раздеться Елене, сожалея, что осталась дожидаться девочку, а не отправилась вместе с ней угощать Юрия Васильевича. Ей хотелось сделать это без свидетелей, а теперь придется ждать, когда Елена выговорится и уляжется на дневной сон.
— Меня прям разрывает от радости, как представлю, что вечером скажет отец, увидев наши приготовления, — поделилась господарынька и зажмурилась от предвкушения. — Дунечка, если бы ты знала, как нам нужно серебро! Отец выжал из наших людей всё, чтобы не только откупиться от османа, а ещё собрать против него войско.
— Благое дело, — выдохнула боярышня, искренне сочувствуя господарю и всем людям. Русь всё это проходила, и Иван Васильевич совсем недавно отказался платить дань. И хоть немало денег продолжало уходить на подарочки, но плечи сумели расправить, и Евдокия надеялась, что её труды немало поспособствовали этому.
— Ты хорошая дочь, стараешься помочь отцу, а захочешь ли так же помогать мужу?
— Конечно! Я же буду матерью наших детей, — очень серьёзно ответила девочка.
— Я думаю, что Иван Иваныч будет счастлив, когда ты возьмёшь в свои руки управление землями. Всё же жена лучше мужа всё посчитает и последит за доверенными в хозяйстве людьми!
Елена захлопала глазами и неуверенно кивнула, вроде как соглашаясь с Евдокией.
— Тебя же не обманешь лживым подсчетом надоенного молока, собранных яиц или мясных заготовок? — предположила боярышня и нарочно не замечая растерянного вида девочки, продолжала:
— А бывает управляющие из лучших побуждений врут о долгах простых людей, надеясь их заставить бесплатно работать, а те мрут или бегут, и тебе только вред от этого случается.