Еще и сердце так заполошно бьется, что кажется из любого уголка дома слышно. А уж когда с восхищением посмотрел, так и вовсе сердце к горлу подпрыгнуло.
- Ты хорошо сказала про наши земли. Спасибо, - Велеслав был удивлен, и что греха таить, приятно было что про его княжество такие слова звучали. Искренне, от чистого сердца.
- Говорила, что думаю, - пожала она плечами.
- Знаешь, крепко я над твоими словами задумался. И вот что скажу – если бы выбрал женщину по сердцу, обязательно слушал, что она мне скажет. Ведь ближе ее не будет, а значит и худого она не посоветует, - жаром полыхнули синие глаза, заставив порозоветь нежные щеки.
- Похвально. Вот только твоя женщина должна заставить себя уважать. Иначе не услышишь ее слов, - разговор в опасную сторону сворачивал. И в душе горько стало, едва представила рядом с ним другую… Ту, на которую он будет смотреть с восторгом, ту которую будет целовать… Провалилась бы эта незнакомка к шайтанам! Встала девушка из-за стола и, с трудом удерживая невозмутимость, сделала вид, что идет мыть пузатую глиняную кружку.
- А если скажу, что уже уважаю ее безмерно? Как никого и никогда."
"Валорка резко обернулась. Десятник тоже поднялся на ноги. Оперся кулаками о стол, глянул исподлобья. Пронзительно и остро. От взгляда, которым он ее окатил, мгновенно бросило в жар. Дыхание сбилось, и мучительно-сладко потянуло где-то внизу живота.
- Могу сказать, что… рада за тебя, - голос предательски дрогнул. Значит есть у него кто-то! А она так, попутчица и развлечение в дороге… От боли нахлынувшей и под пронизывающим взглядом синих глаз Тамирис невольно отшагнула назад.
- Другое я хотел услышать от своей женщины. Но пока и так сойдет, - сделал он шаг ей навстречу.
В душе от его слов будто пожар вспыхнул. И страшно стало. Правда это? Или она в словах запуталась?
- Не понимаю, о чем ты? – ноги вновь отшагнули назад.
- Все ты понимаешь, Тами, - опасно ухмыльнулись мужские губы. Да так, что коленки дрогнули. И еще один его шаг к ней.
- Ты… ты трофей в дороге завоевать хочешь! Словно вещь я.
- Какая опасная у меня женщина. А я все же рискну, - сделал вид, что не замечает, как тонкая сотканная из дымки веревка коснулась шеи.
- Не подходи. Я не шучу, - за спиной оказалась стена, отступать было некуда.
- Я тоже. Не вещь ты и не трофей, нежная моя. Дорогамне стала, как никто и никогда. Не могу без тебя, тянет будто магнитом! Сил нет, как хочу тебя коснуться.