Княжий венец

Сгрудились, переминаясь и перешептываясь.

-Это что? – оторопела Тами.

- Драг, наверняка, постарался. Не получится нам более из себя простых горожан строить. Начинай привыкать, девочка. Теперь тебя так везде встречать будут, - сжал властно ее руку. Глянула на него искоса – неуловимо и разительно изменилось лицо мужчины. Холодный взгляд, твердо и уверенно поджаты губы, гордая посадка головы. И без венца любой его князем назовет. И как она могла его когда-то за простого воина принять? Ох, и задурил же голову.

Теперь главное – чтобы с ней не пытался разыгрывать сурового правителя. Хотя – у нее-то как раз и есть опыт осаживания высокопоставленных мужчин.

Так, в раздумьях, приблизились к толпе селян. На лицах у большинства – любопытство вперемешку с опаской и страхом. Каждый наверняка пытался припомнить – не обидел ли словом аль делом самого князя? А ну как прикажет прямо тут суд учинить? Даже без дружины и трона правитель остается правителем. Этот – так точно, еще и построже батюшки своего будет.

Каких только слухов про него не ходит, ох, сохраните Боги пресветлые!

Вслед за старостой нестройно склонились перед путниками жители села, все до единого.

- Приветствуем тебя, Велеслав, князь Миргородский, - выступил вперед староста Хват, - тебя и…

- И невесту мою. Княгиню вашу будущую, - властно и спокойно ответил мужчина, - Здравия вам, селяне.

Ахнула толпа, хотя бабы все до единой разулыбались, закивали и за щеки схватились радостно. А Тамирис покраснела до кончиков ушей.

И вздрогнула, натолкнувшись на взгляд Воята. Хоть и стоял поодаль, да только росту он высокого, оттого и видно его было хорошо. Более всего боялась с ним встречи, и не зря. Сейчас на нее с побледневшего лица смотрели расширившиеся, совершенно больные глаза. Отвел охотник взгляд, тряхнул светлой головой, будто отгоняя слова, что приговором его мечтам стали. А ее полоснуло, будто наотмашь. Как же горько собственным счастьем боль причинять! Отшагнул назад Воят, скрылся за спинами односельчан. Да только легче от этого не стало. Не гоже так расставаться, не поговорив. А значит – выловить его нужно будет обязательно. И объясниться напоследок.

Обступившие селяне с почтительным гомоном повели их к дому старосты.

- Тамирис!.. Спасительница моя! – окликнул кто-то по дороге. Притихшая толпа невольно расступилась. Первое, что увидала за невысоким плетнем – солнечно-рыжую голову."

"- Пламен? – удивленно вскрикнула валорка. Стоял молодой мужчина.