Закутанная во все черное женщина сидела, поджав ноги, с гордой, идеально ровной спиной. Так, как полагается кагани – дочери правителя.
- Надин, заканчивай прикидываться. Я знаю, что это ты.
Фигура даже не шелохнулась.
- Сейчас я тебя забираю. Мы едем к твоей госпоже. Вставай.
Джанибек подошел к ней и сделал нетерпеливый жест рукой. Но та оставалась недвижимой, лишь кивком указала ему на дверь. Вот же...! Преданная до одури. Раз хозяйка приказала играть роль – она будет делать это до конца. Не пикнет, даже если резать будут.
- Хватит! – рявкнул Джанибек и дернул паранджу. Раздался треск ткани. Девушка рванула в сторону, едва усел ухватить за руку. Служанка начала вырываться, не издавая при этом ни звука. Упертая, потому сопротивлялась остервенело. Вот же кошка дикая! До последнего признаваться не хотела, отмалчивалась, пока он паранджу с головы не содрал, скрутив руки за спиной. Если бы не говорил самолично с сестрой – наверняка засомневался, что перед ним ряженная кагани.
С раскрасневшегося лица на него смотрели сердитые темно-карие глаза. С госпожой они были похожи разве только ростом и цветом волос. Надин была старше, а еще – смуглой, с задорными ямочками на круглых щечках. В отличие от изящной Тамирис – крепкой, с сильными руками. Но самое главное – преданной. Именно поэтому говорящая Тьмой всегда брала ее с собой в поездки по упокоению мертвых. Знала, что Надин не бросит, выволочит в зубах, если что-то пойдет не так. Именно за эту слепую преданность она заслужила дружбу и привязанность дочери кагана, которую боялся весь гарем, считая жутко высокомерной и опасной.
- Хватит я сказал! Не зли меня, Надин.
- Прости, каганчи. Я лишь делала то, что мне было велено, - прошептала девушка.
- Только поэтому не накажу тебя.
- Мы действительно едем к госпоже?
- Да. Но она далеко. Оденься теплее. Если тебе что-то потребуется на три дня пути – возьми. И побыстрее.
Девушка всхлипнула, но тут же опрометью бросилась к одному из сундуков у стенки.
- Как она? С ней все хорошо? Ее не накажут? – нерешительно помялась, но все же спросила.
- Именно для этого я здесь. Чтобы сестра не пострадала за самоуправство.
- Я готова, господин, - короткая шубка поверх черных одежд не должна стеснять движений.
- Тогда накидывай паранджу.