Однако валорка и не думала робеть, ободряюще улыбнулась подруге. Не страшило ее остаться один на один с княгиней. Хотя и последнему степному суслику понятно, что ее сейчас допрашивать будут. Причем с неменьшей дотошностью, чем неугомонный волхв.
Едва только за огневкой закрылась дверь, как княгиня повернула голову в сторону валорки.
- Значит, ты приехала учить наших девочек языку?
- Госпоже Яре понадобился учитель. И каганчи уважил ее просьбу.
- Ну да… А поведай-ка, кем ранее была?
- Жила в гареме кагана.
- Наложница?
- Нет, госпожа, я работала там.
- Служанка, значит... Такая красивая и всего лишь служанка? – обожгли насмешливым холодом глаза.
- Да.
Статус служанки хорош тем, что никому не интересен. Кто расспрашивает инструмент для обеспечения комфорта? Никто, им просто пользуются. Княгиня наклонила голову, рассматривая девушку внимательнее. Раз не пользовалась красой своей, значит с мозгами. Уже хорошо.
- А гордыни-то в тебе поболее красоты будет. Хотя и той не мало. Но все мы бабы одинаковы. Не оттого ли вечерами не одна на звезды смотришь?
Темные изящные брови взметнулись вверх.
- Да, привязался этот десятник... Гнать устала, - поморщилась Тами.
- Кто? Десятник?? Гнать..? –княгиня не могла справиться с удивлением, будто иное хотела услышать.
- Ну да. Настырный такой воин попался. Поначалу прохода не давал. Но сейчас угомонился, прилично себя ведет. Да я и не позволю другого.
Унизанные кольцами пальца забарабанили еще быстрее.
- Интересно как. Но с… десятником – это ты правильно. Чем меньше позволяешь – тем более ценить будет. Хотя тебе ли не знать. Годков поди немало? Чай, замужем была?
- Нет, не была. У меня работа. И книги. Не до мужчин мне было.
Странный, будто бы даже предвкушающий, интерес мелькнул в красивых глазах княгини.
- Еще и ученая… Диво как интересно боги судьбу закручивают. Что ж подумаю о сем. Тамирис, значит?
- Да, госпожа.
- А спину-то гнуть в поклоне не научили… Ну-ну, - насмешливо поддела ее женщина и царственно выплыла из комнаты.
Тами медленно выдохнула. Вот же ж… Постоянно забывает, что теперь не ровня она окружающим. Подобострастие должно быть и угодливость. Смирение, наверное, и что-то еще.