У нас, если есть человек, который мешает, то с ним поступают просто. Влетают во всем вооружении, разносят вся и всех, а человека вывозят и, после допроса наказывают. Даже не всегда казнят. Гуманные, блин.
А вот это было неприятно… На меня выбежали сразу два полуголых человека, которые выглядели, как дворецкие или другие слуги, а в руках у них были мечи, и владели они водной магией.
Эти двое попытались повлиять на мое состояние тела с помощью своего Дара. А это, насколько мне известно, очень и очень тяжело.
Благо, я был намного сильнее их. Ведь в магии есть одно правило — ты не можешь воздействовать на того, кто превосходит тебя. Ну, тогда, когда ты пытаешься сделать что-то напрямую с телом соперника и управлять жидкостью внутри тела, к примеру, пытаясь прокипятить кровь. Они быстро поняли что неправы, перестроились, наверное, просто хотели вызвать головокружение или что-то в таком роде. Но им не повезло, и теперь они мертвые.
Ладно, это все хорошо, но как бы я не пытался найти стариков, у меня это не получалось. А ведь был план именно в том, чтобы захватить здесь самых главных. А главными здесь точно были эти два сморчка.
Моя версия подтвердилась, когда я добрался до портала. Их не остановил даже завал. Умеют они обращаться с тенями, надо признать.
Старики стояли возле портала, и от старости там ничего не осталось. Я бы даже сказал, наоборот… Слишком живенько выглядят, а от силы их так и распирает.
— Саня… У нас тут полная задница! — в этот момент Волк вышел на связь.
— Что случилось? — прошептал я в наушник, который торчал у меня в ухе.
— Это не подвал… Это долбанный муравейник… Я не понимаю, как и откуда… Но их тут просто дохрена… У парней уже все патроны закончились, и они перешли врукопашную, — стал мне жаловаться Волк.
Понял… Волк переживает, что противников слишком много, и мы можем не справиться. Без Шнырьки, конечно, тяжело. Я не могу понять, сколько их тут конкретно. Нет, у меня есть магия, чтобы проверить присутствие людей, но здесь просто аномальная зона, а не подземелье. Все, что завязано на мониторинг, глушится безбожно. Даже Шнырьку они заглушили.