Поэтому придумал историю про аппендицит и совершил ошибку: он не знал, что его любовнице эту операцию сделали в юности. Но его расчет оказался верен, Елена не усомнилась в словах звонившего, Катя тоже ему поверила. Боюсь, девочка тоже убита.
Как зовут отца Кати? Чем же он занимается, если так испугался обнародования факта, что у него есть внебрачная дочь?
Я получу ответы на все вопросы, если смогу разговорить кого-то из тех, с кем Ирина вместе проходила курс у Егора Владимировича. Ну и как мне добыть их список? Если вспомнить взгляд, который психотерапевт метнул на свой ноутбук, становится понятно: истории болезней он хранит в электронном виде.
К Булгакову надо отправить хакера! Под видом пациента. Хотя нет! Наш гений ни за какие пряники не согласится принимать участие в групповой терапии.
В глубокой задумчивости я вошла в дом и попятилась.
– Раз, два, быстрей! Три, четыре, – командовал ими решительный женский голос.
Сначала мне показалось, что он звучит из люстры, но потом я поняла: рабочих понукает Елизавета, стоявшая на пятой ступеньке лестницы. Обычно ее занимает кот. Фолодя хитрый, он нашел точку, с которой можно идеально обозревать почти весь первый этаж. Елизавета использовала опыт умного кота.
– Живей перемещаемся, – вопила она, – до приезда прессы осталось менее получаса.
Въедливый голос пресс-секретаря перекрыл ноющий звук дрели.
– Вешают! – заорала Лика, вносясь в холл.
На домработнице почему-то были белый халат и круглая шапочка с красным крестом.
– Отлично, – обрадовалась Лиза, – эй, Ваня, чем ты занят?
– Угу, – ответил рыжий парень, сидевший на полу у подножия лестницы с ноутбуком на коленях, – угу.
– Немедленно проверь аппараты! – топнула ногой Елизавета. – Живо!
Я повернулась к Лике:
– Что там приделывают на вход?
– У меня челка красиво лежит? – в ответ спросила домработница.
– Ты красная, как свежий кетчуп, – констатировала я и пошла на улицу.
По дороге мне встретились два мужика в комбинезонах, один тащил табуретку, другой дрель. Я выскочила на крыльцо и увидела на входной двери латунную табличку «Частная клиника имени Гиппократа». Пока я пыталась осмыслить творящийся вокруг беспредел, раздался громкий стук.