Вроде строгая, никогда не улыбается, голос, словно замороженный, но я ни разу не слышал, чтобы она орала или ругалась. Если Катюха чего поклянчит, она это тут же получает. Первой из класса айпадом обзавелась. Даже Соне позже купили, а у меня так его вообще до сих пор нет. Странно, что Ирина Алексеевна в больницу попала и Кате не сообщила.
Соня дернула плечом и промолчала. Я продолжила:
– Непонятного много. Ирине Алексеевне удалили аппендикс в школьном возрасте. По данным наших специалистов, вчера вечером гражданку Соловьеву никто не госпитализировал ни в одну из московских больниц.
– Мобила не отвечает, – сказала Соня, – мы думали, она около мамы в палате сидит, поэтому трубка выключена.
– Если что-то знаете, лучше расскажите, – велела я, – пару минут назад прозвучало слово «секта». Почему?
Соня посторонилась.
– Идите на кухню, там сесть можно.
Я молча повиновалась и протиснулась на узенький диванчик, придвинутый почти впритык к крохотному столу. Соня и Сережа устроились на треугольных, кукольного размера табуретках.
– «Секта» – это такая шутка, – решила быть откровенной Соня. – На самом деле там типа клуб.
Сережа рассмеялся:
– Они спектакли ставят.
– Давайте по порядку, – попросила я, – и не перебивайте друг друга. Кто начнет?
– Я! – воскликнула Соня.
Девочка рассказала следующее."
"На лето дружная троица всегда расстается. Софью увозят в Италию, там Вартановы снимают дом на побережье. Сергея Анна Егоровна отправляет на три месяца в деревню к тетке, а Катя остается в городе, ждет конца июля, когда они с Ириной уезжают на две недели в Египет или Турцию.
Но этой осенью Катя показалась приятелям встревоженной. В первую неделю учебы она даже нахватала четверок, чего с ней никогда ранее не случалось, и Соня спросила:
– Ты чего, влюбилась? Сидишь на уроке, в окно смотришь. Кто он? Надеюсь, не турок?
– Я не дура, – вспыхнула Соловьева.
– Значит, влюбилась, – захлопала в ладоши Сонюшка. – Ну, рассказывай.