Ролло радостно завыл, как будто только этого и ждал, и бросился обнюхивать мальчика, виляя пушистым хвостом.
– Я уже отправил Санте письмо по электронной почте, а вы? – спросил мальчик, с осторожностью поглаживая шелковистую шерстку хаски.
– На Северном полюсе нет интернета, малец, – ответил Харди. – Потому что там никто не живет. За исключением животных, полярных птиц и, быть может, какой-нибудь отчаянной группки научных исследователей. Санты не существует, а олени не летают. Такие вот дела, приятель.
Я уставилась на него, разинув рот.
О. Мой. Бог…
– Не слушай его, – в ужасе обратилась я к мальчику, но тот уже бежал обратно к женщине, которая наверняка была его матерью, возбужденно выкрикивая что-то про железную дорогу, которую теперь он не получит.
– Ты… – Я попыталась заговорить, но поперхнулась словами.
Рид закатил глаза.
– Ради бога, парнишке уже лет восемь. Если он и дальше будет верить во всю эту волшебную чушь, то вырастет идиотом.
– Ты – чудовище, Рид Харди. Король всех Скорпионов и Гринч в одном лице.
Он невинно моргнул.
– И все равно я тебе нравлюсь.
Глава 33
Мэдди
Двадцать минут спустя мы подъехали к моему дому, и я припарковала папин «Ниссан» на подъездной дорожке. В окнах и под карнизами горели гирлянды с теплым светом, на входной двери висел массивный венок из сосновых веток, а фонарный столб на крыльце был обвит красной лентой, что делало его похожим на леденцовую трость. Папа знает, как сильно я люблю Рождество, поэтому каждый дюйм нашего дома был чем-то украшен.
– Оставь, – раздался за спиной голос Рида, когда я подняла багажник, чтобы достать пакеты. – Я сам занесу это барахло в дом.
– Не называй мои подарки барахлом.
– Подарки? – Он заглянул в один из пакетов. – А для меня что-нибудь есть?
– Э-э-э… Ну…
– Расслабься, репортерша. Я шучу.
Вообще-то есть. Я не собиралась покупать Риду подарок, но когда увидела эту штуку на витрине, просто не смогла пройти мимо.
Поднимаясь по ступенькам крыльца, Харди внезапно остановился и посмотрел на меня с серьезным видом.
– Я не хочу, чтобы ты чувствовала себя обязанной заниматься со мной сексом из-за того, что я согласился познакомиться с твоим отцом.
Мой смех эхом разнесся между нами, оседая жаром на щеках.
– Какое облегчение.