В этом месте царила очень интимная атмосфера: низкий потолок, приглушенный свет; стены с панелями из темного дерева, увешанные написанными маслом картинами, изображающими сцены из жизни шахтеров, индейцев и ковбоев Дикого Запада времен золотой лихорадки; укрытые белыми скатертями столы, уставленные живыми цветами, сверкающими бокалами и отполированным серебром; небольшие огороженные кабинки, представляющие собой приватные зоны. Сдержанно, но при этом роскошно. И определенно чертовски дорого.
Приказав себе не паниковать, я расправила плечи и отбросила с лица прядь волос.
Администратор подвела меня к кабинке, расположенной в дальнем углу зала, сообщила, что официантка скоро подойдет, и испарилась.
Мистер Хоккей уже был на месте. Когда я подошла, мужчина поднял голову, мазнул по мне взглядом, который не выражал особого интереса, а затем встал, чтобы выдвинуть для меня кресло. Этот галантный жест разлился по моему телу теплом. Пробормотав слова благодарности, я повесила на спинку кресла свою сумочку и как можно грациознее опустилась в него, вызвав трепет зажженной в центре стола свечи, которая служила почти единственным источником света в кабинке.
Надо отметить, выглядел Рид сногсшибательно. У него были волнистые темно-каштановые волосы – кудри не крупные и не мелкие, что-то идеально-среднее в духе Шона Мендеса, дерзкий взгляд пронзительных серых глаз и высеченный из гранита подбородок, покрытый густой, опрятной щетиной. Белоснежная, идеально отглаженная рубашка плотно облегала бицепсы размером с шары для боулинга, верхние пуговицы расстегнуты, галстука не было.
Я поправила лиф платья и разгладила черную ткань на бедрах, пытаясь выглядеть беспечной, как будто каждый вечер ходила на свидания с такими ослепительными красавцами. На заднем плане тихо играла One Foot группы Walk the Moon. Слова которой закружили в моем сознании, как опавшие осенние листья.
…Я твой король пустого места,А ты моя королева пустого места.