"
"Я неодобрительно следила, как самозванка закрепила на узде букетик, а потом направилась к другому рыцарю. Пришлось ждать, пока она одарит цветами всех. Пока она любезничала с участниками турнира, служанка испуганно оглядывалась на всхрапывающих коней, и цветы дрожали в корзинке, как живые.
Меня самозванка оставила напоследок, хотя я очень надеялась, что у неё хватит совести не подходить. Разумеется, совести там ощущалась явная нехватка, потому что обманщица приблизилась, улыбаясь так ласково, что я еле сдержалась, чтобы не пнуть её прямо в лживое лицо.
– Молюсь о вашей победе, мой герой, – сказала она, привязывая последний букетик к уздечке моего коня.
Цветы в букете были померанцевые, совсем недавно сорванные, так что все мы сразу запахли ароматно, как придворные кокетки. Ленточка на букетике была оранжевой, и мне опять пришлось собрать волю в кулак, чтобы не сорвать этот бесстыдный подарок. Оранжевый был цветом принцессы Аранчии, и теперь этот цвет красовался на жеребце каждого из рыцарей. Замечательный жест набожной принцессы!
Пока я злилась, ладонь самозванки как-то совершенно незаметно легла на моё колено.
– Руку убери, – процедила я сквозь зубы.
– Не бойтесь, – она не только не убрала руку, но ещё и умудрилась погладить меня по ноге, – сестра не причинит вреда брату.
– Ты мне не сестра, – прошипела я, резко поворачивая коня, так что самозванке пришлось отскочить, чтобы не попасть под копыта.
– Всё ещё злитесь, – она укоризненно покачала головой. – Что ж, очень жаль. Но знайте, что я думаю только о вас.
Я не ответила и ударила коня пятками, выводя на стартовую линию.
Король Рихард вывел своего коня справа от меня, остальные всадники растянулись вдоль линии.
– Надеетесь победить? – спросил дракон, разминая плечи и чуть пригибаясь вперёд, к холке жеребца.
– Не понятно, на что вы надеетесь, – ответила я.
Герольд поднял белый с алыми полосами флаг, и все замерли – и участники, и зрители. Стало так тихо, что я слышала, как дышит король Рихард – ровно, спокойно, совсем не так как я – быстро, прерывисто. И это было плохо, очень плохо. Потому что битву выигрывает тот, кто спокоен. А я спокойной не была.
Я приказала себе не думать ни о короле, ни о герцоге, ни о поганой самозванке, присвоившей моё имя. Сейчас будет только скачка и цель. Цель и скачка.