— Девочка говорила на языке Песков только одну фразу: ""…слепец великий, равный богам, семя убитого знак тебе даст…"" Я услышал эти слова после того как в ее видениях показались мне исполины, которые сражались в небесах. Фигуры в тумане, выше гор, сияющие тени, словно в нашем театре теней, пяйяньги.
— Опиши их, — попросил Четери, только что один за другим всадивший шесть узких ножей в порожек дальней беседки и не задевший ни одного ствола из густо посаженного между дорожкой и беседкой апельсинового сада.
Вей прищурился, глядя на ножи и качая в руке свое оружие.
"— Мне показалось, что один из гигантов имел четыре руки, а второй был окутан пламенем. Еще у одного в руках видел копье со сверкающим острием, а четвертый держал плеть из вихрей. Были там и еще исполины, но видение оказалось коротким, да и тяжело смотреть на такую мощь, может размазать. Не знаю, Мастер, что это было: метафора сознания девочки Юноти, битва из будущего или картины из прошлого. И не знаю, связаны ли с этим видением слова о слепце, — он поколебался и не удержался от любопытного: — Думаешь, о тебе она говорила?
— Бросай, — усмехнувшись, приказал Чет, и Вей, покачав на ладони тонкий и длинный нож, остановился, метнул его — и, задрав подбородок, разочарованно пошел поднимать.
— Бросок правильный, но тебе не хватает силы в пальцах и гибкости в кисти, — отметил Чет, когда он вернулся.
— Спасибо, Мастер, — коротко ответил Вей Ши, продолжая шагать рядом к беседке. Спина его была прямой, и лицо спокойным, почти высокомерным, но Четери ощущал, как нетерпеливо ждет он похвалы или очередного урока, как жаждет показать, что он умеет.
— Меня, конечно, можно назвать слепцом, ибо я многого не вижу и многого не знаю, — проговорил воин-дракон задумчиво. — Но не равен я богу, хоть Красный и отметил меня, и оказал мне честь, позволив вступить с ним в бой.
Вей метнул нож, и на этот раз апельсин упал мягко, почти неслышно.