Или она тоже думала, что я и так в курсе?
— Не знала. Но раз ты все понимаешь, могу я попросить тебя о помощи? Я собираюсь на форты… но без виталиста это бессмысленно. Я очень боюсь навредить детям… и себе, но привязать защитников обязательно нужно… раз уж я могу.
Дракон лишь внимательно посмотрел на меня зелеными глазами и кивнул:
— Дело правильное, сестра. Я помогу. Только Тасю предупрежу, и буду готов. Тебя отнести к фортам?
— Нет, — благодарно улыбнулась я, — не стоит рисковать. Поедем на машине. Спасибо, Энтери.
Жак Леймин явно не знал, что мои приказы теперь не оспариваются. Ну или ему было на это плевать. Когда я позвонила, обрисовав свою идею и попросив предупредить командующего Майлза, чтобы на фортах подготовили источники открытого огня и миски с маслом, он предсказуемо и резко ответил:
— Ваша светлость, это крайне рискованно. Каждый день происходят нападения иномирян. Прошу вас, откажитесь. Себя не жалеете, детей пожалейте.
— Жак, — сказала я тихо и предупреждающе.
— Думаете, его светлость бы одобрил вашу идею? — произнес он жестко.
— Жак, — повторила я, мысленно призывая себя к терпению. — Скажите мне, что фортам не нужна та поддержка, которую могу дать я. Скажите, что это не позволит им продержаться немного дольше, и я откажусь.
Он молчал — в трубке я слышала покряхтывания и сипы, словно он набирал воздуха в легкие, чтобы сказать что-то — и не говорил.
— Уезжали бы вы в Рудлог, ваша светлость, — как-то по-стариковски потерянно и жалобно попросил он вдруг. — Поберегли бы деток, госпожа Марина. Ну не жили же еще. Хоть они бы… если уж его светлость…"
"Я закусила губу и заставила себя молчать. Он все сопел, думал, ворчал себе под нос, а я терпеливо ждала.
— Я сейчас позвоню Майлзу, — наконец, сдался он. — С вами поедут не только ваши гвардейцы и дракон, но и мои люди, и Тиверс — он сможет поставить и удержать щит на случай нападения по пути к фортам.
— Я всецело полагаюсь на вашу компетентность, Жак, — заверила я, чувствуя себя более взмокшей, чем когда приручала огнедуха. — Жду вашего звонка.
Мы выехали к фортам, когда село солнце, и прибыли в Первый уже в полной темноте.