Внизу меня ждали Берни и Леймин, но я задержалась на мгновение, подняв голову и с надеждой вслушиваясь в темноту. Ветер ласково скользил по моей коже, но больше не звал меня. И не видела я его течения в небе, и каким-то чутьем понимала, что не услышу сейчас. Тело мое восстановилось, а со слабостью ушла и возможность воспринимать то, что не ощущали другие.
""Но ты всегда можешь порезать себя снова"", — шепнуло безумие.
— Моя госпожа? — терпеливо напомнил о себе капитан.
Я моргнула, отгоняя дурные мысли, и, опираясь на его руку, села, спуская ноги на ступеньку лестницы.
— Ты в порядке? Доктор Кастер никого к тебе не пускал, — Бернард, встретивший меня внизу, сжал мои руки. Я смотрела на него и улыбалась: сейчас, в темноте, черты его стали резче, и было видно, насколько он похож на моего Люка.
— Я все равно не в состоянии была говорить, — призналась я, едва сдерживая зевоту. — Да и сейчас с трудом. Как мама и сестра?
— В Виндерсе, каждый день звонят, спрашивают про тебя. И твои родные звонили.
— Мы держим их в курсе, — вмешался Леймин.
— Спасибо. Мне бы поскорее к огню сейчас, — я неловко пыталась избавиться от веревок, но без Осокина мне было не распутаться. Благо он уже спрыгнул с лестницы и в несколько приемов освободил меня от ""сбруи"". Бернард взял меня под руку, повел в замок: глаза мои закрывались сами собой, и чтобы хоть немного взбодриться, я задала вопрос, который давно должна была задать:
— Берни… многие из замка погибли при нападении?
Он помрачнел.
— Больше тридцати человек, Марина.
— Когда иномиряне взорвали двери, мы не всех успели увести, — скрипуче поведал старик. — Они стреляли по койкам, по санитарам, которые тащили наверх бойцов… Кричали: ""где жена колдуна""? Искали вас, ваша светлость.
— Искали, это я знаю, — вздохнула я и снова потерла слипающиеся глаза. — А драконы?
— Вени и Ори были сильно ранены. Их после боя свои же оградили от людей, попросили пригнать живого скота, сами летали охотиться для них. Восстановились за три дня, моя госпожа. А остальные в тот же день залечили свои раны.