Скажи мне, какого рода эта смерть? Можно ли ее обратить?
Взгляд его был острым, внимательным и сочувствующим – никакой легкости и веселья, - и у принцессы заскребло в горле, в груди. Все же буйство гормонов брало свое.
- Он развоплотится при переходе через портал, – сказала она сдавленно. – Его аура развеется в эманациях Жреца. Силы не хватит остаться цельным. И это можно попробовать изменить… хотя Черный сказал, что вероятность очень мала. Но профессор… Макс не дает мнė помочь ему. Потому что упрямый!
- Где-то я подобное уже наблюдал, – проворчал дракон.
"- Ой-ей, - Алина в ужасе посмотрела на него и закрыла лицо ладонями. Εй было невыносимо стыдно от того, какой оборот принял разговор, и при этом душил смех. - Ой-ей! - Горели, кажется, даже уши и затылок. – Четери, ты не сможешь помочь! Тут поможет… ой боги… только жена.
- Я бы сказал, что это к счастью, – хохотнул Мастер. Принцесса отворачивалась,так и пряча лицо в ладонях,и он мягко проговорил, будто поняв, что она не в силах что-то рассказать еще: – Иди искупайся, маленькая Рудлог. Можешь не торопиться и не бойся ничего, здесь вокруг чисто, а я отойду за вот этот папoротник, чтобы не стеснять тебя. – Алина сквозь пальцы увидела, как он указал на толстый кряжистый ствол у ручья, похожий на приземистый кувшин с шапкой листьев.
Принцесса отмывалась старательно и жестко – вода была приятной, заряжала силой. Щеки перестали пылать, голова посвежела, но живот ныл все сильнее,и все равно клонило в сон. Αлина спешила: Четери не было видно,и пусть он находился в пяти шагах от нее, в ночном лесу было страшновато. Да и есть хотелось очень - как и вернуться на полянку к лорду Максу.
Выйдя, она отрезала несколько полос от подола рубахи – теперь она чуть касалась пояса штанов, и кое-как, хитро связав две тканевые ленты между собой, получила импровизированное белье, завязывающееся на боку как пояс.