- Οчень похоже на то, - лорд Макс один за другим метнул оба ножа в ближайший ствол и, когда те вошли по самые рукоятки, удовлетворенно хмыкнул и подңялся. Алина замерла – ей показалось, что он сейчас обернется. Но он пошел за ножами, и она тоже двинулась дальше, к одежде. Использовав старую рубаху как полотенце, быстро натянула свое самодельное белье, сорочку Тротта – тщательно выстиранную, но с дырой от стрелы на плече и бледными разводами от его крови и крови их врагов. Алине не было противно – кажется, брезгливость вообще ушла из набора ее чувств.
Лорд Макс умывался, склонившись над ручьем, отирал грудь, плечи, подмышки,и от этого ей было еще лучше.
- А как же вы без рубашки? - спохватилась она, тоҗе отправившись к воде – прополоскать «полотенце».
- Не развалюсь, - буркнул он.
- На самом деле, мне так больше нравится, хотя и жалко вас, – призналась она, мужественно проглотив заикание. Выпрямилась: Тротт был совсем рядом,и она ужасно смутилась.
- Иногда вы лишаете меня дара речи, Алина, – мягко сказал он, забирая у нее из рук порезанную сорочку, с которой лилась вода, и возвращая ей нож.
Штаны за ночь подсохли и ещё больше подсели.
- Почему вы меня не ругаете? - подозрительно осведомилась принцесса. - Вам же хочется. «Вам следовало обратиться ко мне», – проговорила она занудно и слегка брюзгливо, - «а не играть в самодеятельность, Богуславская».
Тротт хмыкнул, повесив мокрое «полотенце» на плечо.
- Следовало бы. Но вы решили свою проблему, исходя из имеющихся у вас ресурсов.
Это похвально, хотя я бы сделал иначе. Плохо то, что вы до сих пор не рассматриваете меня как один из ваших ресурсов.
- Останьтесь со мной, и я п-привыкну к этому, - проговорила она тихо, глядя ему в глаза.
Лицо его закаменело,и сам он замер.
- Не сердитесь, – попросила она ещё тише. -
Я осознаю, что все, что я делаю, это настырно, смешно и нелепо. Но я не могу смириться, лорд Макс.
Он улыбнулся.
- Вы ни в коем случае не смешны и не нелепы, Алина.