Королевская кровь. Книга 10. Часть 1 [СИ]

 — Опять смерть рядом?

""А если бы ты в прошлый раз серьезнее отнеслась к предсказанию Кати, может, и Люк был бы жив…""

Я тихо застонала сквозь зубы. Мысли эти ядом разъедали меня, и не было от них спасения.

— Нет, смерти рядом нет, — ответила Катерина. — Не хотят зерна говорить. Черный анис ложится змеем, кусающим себя за хвост. Это бесконечность, а еще знак великой тайны и запрет спрашивать. А пшено приняло очертания открытого глаза.

— И что это значит? — веки у меня снова начали слипаться.

— Не знаю, Мари, — с недоумением откликнулась она.

Я посмотрела на свои брачные браслеты и горько улыбнулась.

""Похоже, даже зерна понимают, что будущего у тебя нет"".

Мы с Катей попрощались, и я так и осталась сидеть, откинувшись на ствол и глядя в серое небо сквозь ветви деревьев. Дрема наступала, и я уже не понимала, что вижу, засыпая под чуть усилившийся ветерок.

""Марина"".

Я вздрогнула и распахнула глаза. Метрах в трех от меня колыхалась трава — там ползли змеи, два ужика с желтыми пятнышками по бокам головы.

— И тут змеи, — пробормотала я."

"Охранники обеспокоенно пошевелились, но, разглядев, что гады не ядовитые, не стали подходить. Ветер шевелил подол платья, касался плеч, ужи целеустремленно ползли в сторону моря, но, уже почти миновав мои вытянутые ноги, вдруг застыли и подняли головы, настороженно глядя на меня черными глазами-бусинками и стрекая языками.

— Вы ползите, ползите, куда вам надо было, — посоветовала я, на всякий случай подтягивая ноги к себе и лениво разглядывая змей. Они неподвижно смотрели на меня. — Я вас не очень-то люблю, знаете ли.

Я их не боялась, даже ядовитых — если укусят, мне ничего не будет. Но это не отменяло легкого чувства отвращения. Как-то в поместье Байдек я видела, как большой черный уж, раза в три больше этих малышей, заглатывал живую лягушку, и с тех пор змей я старалась избегать.

И сейчас взвизгнула — потому что одна из змеюшек молниеносно скользнула вперед, к моей ноге, поднялась по ней, по платью к животу, — и я даже дернуться не успела, как она свернулась там кольцом и застыла, мирно положив голову мне под грудь.