Такие стыдные и такие чувственные прикосновения, нежные губы и жесткие руки… А потом наоборот…
— Снова с кем-то пьешь? — хриплый голос за спиной заставил вздрогнуть и обернуться. Оказывается, Вандерфилд стоял совсем рядом, и я занервничала, отодвинулась к деревьям.
— Твоя невеста там не заскучает? — буркнула я.
— А тебя это беспокоит? — усмехнулся он. — Со своей невестой я сам разберусь, пустышка. А вот тебе не стоит пить со всяким сбродом.
Я подняла брови. Кажется, меня как раз причисляют к последним.
— А ты теперь будешь отдавать мне приказы с кем пить?
— И не только. Кстати, у этого идиота во фляжке дешевый дурман. Поймают за его распитием преподаватели — влепят столько штрафов, что за год не отработаешь. А то и вылетишь из ВСА.
Я похолодела, поняв, чем рисковала, улыбаясь Эрику. Вот же бестолковый засранец! И ведь не злой парень, глупый только. Но за его дурость могла поплатиться и я!
— Дошло, ну надо же, — процедил Вандерфилд.
— Иди командуй в другом месте. Как вижу, сам ты грабли в руках сроду не держал!
— У меня другие таланты, пустышка.
Я сжала древко своего инвентаря и набросилась на еще не причесанный кусок земли.
— А может, надо просто родиться в Котловине!
Эш пожал плечами. И добавил, заставив меня вспыхнуть:
— Увижу еще раз рядом с этим рыжим — накажу. Обоих.
И развернувшись, ушел. Я подумала, не швырнуть ли вслед охапку мусора. Но пока размышляла, Вандерфилд скрылся за сложенными кострами.
К ранним сумеркам кучи были готовы, и студенты собрались вокруг. С неизменной кривой усмешкой Аодхэн поджег центральную. Просто сделал взмах рукой, посылая в полет камушек, и тот расцвел в воздухе огромным огненным цветком, а потом осыпался вниз тысячью звезд. Студенты взорвались восторженными воплями. Остальные кучи загорелись от рук неприкосновенных. Вандерфилд тоже поджег свою, материализовав над листьями скалящегося волка, сотканного из огня.
"Я на миг загрустила, ведь впервые в жизни на Кострах рядом не было тети и дяди. Но мысленно послав им пожелания, я со смехом влилась в круг девушек, толпящихся вокруг пылающей кучи, чтобы согреться и повеселиться.