На волоске

У меня с собой есть работы, я подумала, что мы должны показать людям как это выглядит. Ты же понимаешь, что картины взорвут все рейтинги в этом мире?

— Да уж, и ты станешь первым художником всей Синцерии, о тебе будут слагать легенды, а лет через триста, думаю, тебя причислят к пантеону богов, - засмеялась я, а Варя меня поддержала.

Мы болтали и болтали, делясь планами, представляя, как будет выглядеть самая первая выставка в Синцерии. Варя обещала по памяти нарисовать Свету и Наташу. Тех, прежних, и подарить им, когда они приедут в Гордеро.

Девушки велели сообщить о Варе, как только она появится. И когда я отправила ее отдыхать, отдав свою комнату в большой школе, написала им письма и передала Лиову – тот знает кому нужно их отдать, чтобы гонцы выехали моментально. Думаю, через пару дней они обе будут здесь, а мы пока подготовим для них подарки и комнаты. Благо, этого у нас было достаточно.

Когда Варя отдохнула с дороги, осмотрела мою школу, выслушала все о том, как мы начинали, нас позвали на ужин, где сегодня были только самые близкие: мои девочки, Лафат с женой и детьми, Мидели и Лиов.

Шоаран присоединился к нам уже в процессе, и мне пришлось представить его как своего жениха. Варя удивилась, потому что речи о нем завести я даже не успела. Я представила Тээле, как знакомую, которую вспомнила, как только увидела.

— Значит… твои воспоминания могут со временем вернуться, Мали, - обрадовался Шоаран. Он сидел по одну руку от меня, а по другую Варя. Он посматривал на нее как-то странновато – то ли с недоверием, то ли с опаской.

— Очень надеюсь, потому что мне очень важно вспомнить как я объезжала лошадей, иначе, нам не прожить, - засмеялась я, а Шоаран, не сразу поняв о чем я, поддержал меня.

— Я рада за вас, Шоаран, Малисат. Вы прекрасная пара. Я сделаю ваш первый портрет, - сказала Варвара. Я заметила грусть в ее глазах, но решила поговорить об этом позже."

"— Что это? – Шоаран напрягся, как тот персонаж в мультике, которого хотели посчитать.

— Вот, смотрите, ридган, - Варя, как фокусник, вынула из папки несколько картинок.

На них был достаточно пожилой, сухощавый мужчина, женщина лет сорока, были зарисовки, где сама Тээле на прекрасном острове, напоминающем рекламу «баунти».

— Как вы это делаете, ридганда? – Шоаран привстал и протянул руки. Варя передала ему папку, и он весь вечер всматривался в черты лиц людей, которых я никогда не видела.

— Я нарисую вас, и вы все увидите, - добродушно ответила она.

Весь вечер папка ходила из рук в руки.