Страх сделал ее голодной – и барон кормил ее обедом в своем доме в Блакории и жадно прижимал к стене столовой, целуя так, что она проваливалась в жаркую тьму и никуда уже не хотела идти и ничего видеть. Но Мартин отступал, тянул ее за руку – и снова сменялось все вокруг. Побывали они и в темном зале, где сидело с полсотни человек – и все, затаив дыхание, слушали хрипловатый голос и сладкие песни легендарной Карины Инасис. Маленькой, некрасивой, божественной. И Вики слушала, прислонившись спиной к груди Марта в уголке небольшого концертного зала.
– Магия, – сказала она очарованно, когда концерт закончился – Март перед этим пропал на несколько минут и вернулся с огромным букетом, который с поклоном вручил дивной Инасис.
– Магия, – согласился он, целуя Виктории руку. Глаза его были теплыми, да и у самой Вики внутри плескалась огромная, тихая нежность.
Виктория во все том же размякшем состоянии позволила увлечь себя на родину певицы, на пляж Маль-Серены, где без сомнений сняла юбку, оставшись в тонкой блузке, и вошла в прохладное уже море. Охладиться – как раз то, что ей было сейчас нужно.
– Я посмотрю на тебя отсюда, – крикнул ей Мартин, садясь на песок. Она усмехнулась – Март никогда не любил плавать.
А когда она вернулась – барон все так же сидел на песке и кормил неизвестно откуда взявшейся лепешкой жадных крикливых чаек. Чайки наскакивали на него, он отбивался и ругался по – блакорийски, и так был забавен, что волшебница расхохоталась, раскинув руки и подставляя лицо солнцу.
– Тебе нужно переодеться, а меня нужно спасать, – заявил Мартин, подходя к ней. – Давай снова к тебе, а потом покажу еще пару любимых мест.
– Боги, куда ты так торопишься? – спросила она изумленно.
– Так и надо. Я сбиваю тебя с толку, чтобы не лезли всякие глупости. Надо спешить жить, – сказал он легко. – Ну и совсем чуть-чуть исполняю свою коварную задумку, – голос его стал таинственным. – Измотать тебя, потом на плечо – и к себе домой. Соблазнять.
– Боюсь, – Вики скрутила полы мокрой блузки, отжала их, – еще немного в таком темпе, и соблазнение придется отложить. Или оно произойдет во сне.
– Устала?
– Немножко.