– А как же вы управляете герцогством? – с удовольствием поинтересовалась я.
Он усмехнулся.
– Плохо, Маришка. Плохо. Из меня никудышний правитель и герцог.
– Ну, не расстраивайся, – язвительно сказала я и оглянулась, – зато у тебя машина классная.
Он захохотал и куснул меня за плечо. И я подскочила и побежала к морю.
Счастье, счастье, какое же ты солнечное, безразмерное. Не кончайся никогда, пожалуйста.
* * *Вечером я упросила его опять обернуться. Море снова толкало на берег светящиеся волны, и медленно крутился сияющий звездный небосвод, купаясь в горизонте.
– Не буду кричать и плакать, обещаю, – заявила я уверенно. Уверенности немало способствовало все то же превосходное вино – его запасы оказались нескончаемыми. – Должна же я привыкать к тебе в любом состоянии.
– Ну, хорошо, – Люк поднялся из-за стола, вытащил из уха серьгу (я одобрительно отсалютовала ему бокалом), снял футболку.
– Раздевайся, – сказал он, окидывая меня хищным взглядом.
– А мне-то зачем? – удивилась я, снова прикладываясь к бокалу и любуясь его жилистым телом.
– Со вчерашнего дня хочу посмотреть на тебя в волнах, – объяснил он, и во взгляде его мелькнула все та же безуминка.
– Змей и обнаженная дева? – пробормотала я задумчиво, как будто декламировала название старой поэмы – и глаза Люка полыхнули темнотой. Вина было достаточно, чтобы я не смогла отказаться – стянула с себя сарафан и шагнула к воде. И там легла в волны, оперлась на локти – Люк, зажав сигарету в губах, зашел в море по колени, встал передо мной, наблюдая, как светящиеся белым и сиреневым волны накатываются мне на живот, узким пенящимся клином проходят меж грудей и сияющими потоками стекают вниз.
Долго он стоял, курил и смотрел на меня, и я молчала, наслаждаясь его реакцией, глядя то на него, то на звезды, и не было между нами ни неловкости, ни стеснения.
– Так тебе тоже нравится? – спросила вполголоса и мягко провела ладонью от груди к животу. – Я, наверное, кажусь тебе совсем маленькой.