— Чё? — округлила я глаза, глядя, как мой шеф невозмутимо удаляется в свою святая из святых, оставив меня в гордом одиночестве и компании ключей с брелком сигнализации. Ошибки быть не могло, их я узнала сразу. Кажется, его светлость только что подогнала мне в личное пользование свою драгоценную карету…
Обалдеть!
Что вообще происходит?
Качая головой, я молча сунула ключики в карман и потопала в сторону выходу, откровенно косея от этого авангарда. На лечении настаивать не стал, но запасной план всё равно продумал.
Прям не знаю, бежать от его ума куда подальше или наоборот, держаться как можно ближе! Ведь если мужчина дает девушке свою машину, это уже многое, очень многое значит — меня буквально воспитывала банда байкеров и, поверьте, я знаю, о чем говорю!
Чёрт… ну и вляпалась ты, Белка! Хотела подтверждение? Получила подтверждение…
Еще пожелания будут?
* * *Стася оказалась предсказуемой.
Собственно, всё получилось так, как и предлагал Влад с самого начала: стоило только показать чуть больше, чем обычно, и девушка сразу пошла на попятную.
Станислава пряталась от него уже неделю…
Девушка явно хотела получить хоть какое-то подтверждение их зародившихся, а если точнее, изменившихся отношений, но сообразив, что все его предыдущие намеки ей явно не показались, скорее всего банально испугалась.
Что ж, вполне угадываемый поворот событий. На фоне всего произошедшего вообще было бы странно, если бы Стаська так легко и просто упала в его широко раскрытые объятия. Да, благодаря ее бывшему недомужу, у девушки появилась огромная неуверенность в себе, но сдаваться так просто Цепеш всё равно не собирался.
Немного времени, чтобы привыкнуть, он ей дал. И затягивать не собирался, пока она не напридумывала себе еще что-нибудь.
— Владислав Александрович, можно? — после короткого стука дверь в его кабинет приоткрылась.
— Да, Ольга, заходите, — отложив в сторону кучу накладных, которые ему его новый дизайнер ухитрилась передать через секретаршу, мужчина сделал приглашающий жест. — Что-то случилось?
— Да, — нанятый на испытательный срок юрист быстро подошла, осторожно кивая, но от Цепеша не укрылось нетерпение, так и норовившее проявиться в ее жестах и словах. — Он подписал бумаги, как вы и говорили.