— Доченька, твое стремление попасть поскорее на церковную службу похвально, но ты уверена, что уже закончила завтракать? — Забеспокоился отец, видимо, удивленный, что по своим обычным меркам я так мало поела.
— Уверена. — Буркнула я и решительно направилась в коридор, где служанка выдала мне легкую накидку и соломенную шляпку.
О, этот предмет гардероба с первого дня своего пребывания в этом мире я люто возненавидела, и вы сейчас поймете почему. Представьте свинку, хорошую такую откормленную хрюшку с тремя подбородками.
А как я кричала, когда в первый раз себя увидела месяц назад! Вам не передать! Где?! Вот скажите, где внешность большеглазой и больше грудой прекрасной эльфийки, о которых пишут писатели в своих романах о попаданках? Где осиная талия и непередаваемая грация? Где на худой конец брутальный, опасный и жутко загадочный то ли жених, то ли опекун? А? Я спрашиваю вас, где? Почему именно мне досталось вот… вот… вот это?! Нет, на грудь я, как ни странно не жалуюсь, у толстушки Евдокии оказались нормальные такие трех или пятилитровые баллоны, тут уж я затрудняюсь подсчитать.
Так, все успокаиваемся, дышим глубже, а то вон, бедная лошадка, которая должна везти бричку, как-то слишком уж недобро косит на меня взглядом.
Расторопный слуга помог мне залезть в транспортное средство и бричка тут же заметно просела. Ось заскрипела, но выдержала. А вот лошадка, как-то уж совсем по человечески тяжело вздохнула, и я, сочувственно, вместе с ней.
До церкви доехали без эксцессов. Там прошли внутрь, где нас без возражений пропустили вперед. Признаюсь, службу удалось отстоять с большим трудом. Я поочередно переминалась с одной ноги на другую и усиленно пыхтела, так как служка именно перед моим носом как-то уж слишком энергично махал кадилом, видимо при взгляде на меня его рука непроизвольно лишний раз дергалась. А посему мне катастрофически не хватало воздуха!
Наконец, служба подошла к концу.