— Я должна всё проконтролировать и посмотреть, чтобы все косточки встали на место, чтобы не было потом проблем, и он не боялся последующих болезненных оборотов. Ты вообще хоть знаешь, чем может быть опасен первый неправильный оборот? — я со всей силы наступила ему на ногу.
Охнув, Макс сначала выпустил меня, но тут же сграбастал в свои объятия.
— Успокойся, я тебе сказал. Иногда я жалею, что ты не просто женщина, а врач. Побудь сейчас просто матерью и поверь, всё у Лео произойдет правильно и без сопутствующих проблем, — проворчал Макс, крепко прижав мою спину к своей груди.
— Я, быть может, тоже хочу всё чувствовать. Но лишена от природы, как и все женщины, способности понимать, правильно ли проходит первый оборот ребенка. А ты даже не даешь обследовать его. Я что, зря училась?"
"— И правильно, что лишена. Доверься мне… нам. Мы с драконом все контролируем, и я даже чувствую его маленькую, но такую сильную ипостась, — мечтательно протянул Макс и тепло улыбнулся.
— Да что за дискриминация?
— Успокойся, скоро и сама познакомишься с дракончиком, — он поцеловал меня в ухо и положил свой подбородок мне на плечо. — Не сопи, любимая. Наберись терпения.
— Р-р-р, — только и смогла прорычать я на его слова.
Знал бы он, как сердце матери болит за своего малыша. Даже если боль от первого оборота — настолько привычное дело для оборотней, как и пора взросления.
— Не рычи, — снова легкий поцелуй в мою щеку. — Вечером ты обязательно выскажешь мне все свои претензии. А пока смотри, первый оборот начался.
Тело моего мальчика изгибалось, но недолго.
— Он у нас сильный и смелый. Смотри, практически все закончилось.
— Я все равно его осмотрю.
— Ладно, госпожа доктор, но не раньше, чем он обвыкнется в новом теле. А то испугаешь его своим сосредоточенным видом. Когда ты в работе, то похожа на холодную и отстранённую статую, — смирился Макс.