Ирине не хотелось прерывать интересный разговор:
– Не женится, все еще холост… Неужели не нашел себе по душе?
– Не знаю, – ответил Харитон, – говорил, что даже невесты еще не подыскал. Некогда. Учеба – дело серьезное. Сейчас он, вроде как, на четвертом курсе университета.
– Молодец, Алексис! – опять восхищенно цокнул языком Слон.
– Да-а-а-а…, – неопределенно протянула Ирини и встала с места. – Пойдем на кухню, пора обедать, – позвала она всех.
За столом разговор об Алексисе продолжился. Ирини постаралась выспросить о нем, как можно больше.
Она б и дальше нашла б о чем выспрашивать, но было уже неловко. Последним ее вопрос был о сестре Алексиса. Ирини спросила почему у Клео нет до сих пор детей. Харитон пожал плечами. Слон же откуда-то знал, вернее, Славик ему поведал в порыве откровения, что жена его сильно застудилась на лесосплаве на Сибирских реках и теперь не способна забеременеть. Все сочувственно переглянулись.
– А что, у Дины тоже проблемы по-женски, почему у тебя, Алик, до сих пор нет ребенка? – бесцеремонно задала вопрос в лоб Ирини.
Слон замялся.
– Еще не встали на ноги, надо хоть отдышаться перед таким серьезным делом, – нашелся он.
– Ну-ну, смотри! Вам виднее. А я вот наплодила троих, и одеть не всегда есть во что, – бросила взгляд Ирини на копошившихся около них своих младших дочерей. Старшая, как всегда, где-то носилась.
* * *Алексису уже было шесть лет. Кики его лелеяла. Сын в греческой семье чуть ли не дело чести для отца. Без сына вроде, как и не полная семья.
Мужчины, не имеющие сыновей, чувствовали себя обойденными судьбой. Хоть здесь Кики повезло. Не то б муж совсем взбесился. Вот уже и маленькой Маше исполнилось два года. Ей уделяется минимальное внимание. Спасибо Анечке – взрослая, не по годам, она помогает смотреть за младшими. Кики нет на это времени. Да и когда? Работать приходится с утра до поздней ночи. Корову летом выгонять в пять утра, прежде подоив, потом свинья, куры, утки. Выгрести навоз, помет, сварить плимию-похлебку, насыпать зерна.
И все это три раза в день. За детьми убирать, сварить обед, приготовить ужин, прибрать дом и целый день в страхе перед драчливым, вечно недовольным мужем. К чему еще он может придраться? Кики старалась сделать все так, как он требовал, но каждый раз не могла ему угодить. Однажды все как будто было нормально, как вдруг ночью Маша принялась плакать. Илья сначала зарычал на Кики, чтоб успокоила ее, потом дал оплеуху ей и стукнул ребенка по головке, чтоб замолчала.
