Муж и свекровь можно сказать заперли ее в четырех стенах, как рабыню. Не позволяли выходить за калитку. Ее делом было заниматься уборкой, стиркой, готовкой, смотреть за родившимися весной близнецами Федором и Харлампием. А также ухаживать за скотиной. Ни на какие праздники или свадьбы муж ее с собой не брал.
Аня сидела на кухне, чистила картошку. С ней сидела семилетняя Женя, племянница мужа, названная в честь убитой Корцалиной дочки. Она немного помогала Анице смотреть за двумя грудничками, она была здесь единственной, с кем Аница могла о чем-то поговорить.
На второй же день свекровь разбудила рано невестку и повела в сарай. Показала, как доить корову и козу. Куда их выгонять: провела вместе со скотиной за угол, на соседнюю улицу. Потом показала, как пользоваться сепаратором, чтоб получить сметану и сливки.
– Смотри и запоминай: сюда ставлю тебе кастрюлю. Свари борщ на первое, на второе вареники. Дрова и уголь во дворе. Отныне, я больше на кухне не работаю. Передаю все хозяйство тебе. Пришла твоя очередь, девонька.
И с тем вышла из кухни.
Все время, пока шло сватовство, подготовка к свадьбе, сама свадьба, Корцала, была внимательна и даже ласкова к будущей невестке. Поэтому, тон ее голоса, почти ледяной и безапелляционный просто поразил Аню. Она не знала, что и подумать. Не провинилась же она за одну ночь. Девушка она не порченная, из добропорядочной семьи. Даром, что сирота.
С трудом Аня успела приготовить заказанную еду к часу дня, когда Тима приезжал на своем грузовике на обед.