– Возьми цельное молоко, прокипяти его, дай остыть пока локоть будет терпеть, налей в горшок, и после того, как сходит, подмой ее и посади на этот горшок с молоком, пусть посидит минут пятнадцать, подлей еще горячего молока и минут через двадцать разрешишь ей встать. Раза два – три сделаешь, все пройдет. Старушка ласково посмотрела на ребенка. Как раз, в этот момент, Ирину вызвали на прием к врачу, и она отвлеклась, встала, повернулась сказать спасибо старушки, но той на месте не оказалось. Посмотрела впереди по коридору и позади себя – нигде не увидела.
"Очередные лекарства, что ей выписали, она даже не стала покупать. Купила молока и сделала все то, что ей посоветовала бабулька. Снова с плачем села Женечка на горшок, снова Ирина все ей выдавила, подмыла ее и посадила на горшок с молоком, не вправляя кишку. Ребенок, как чувствовал, сидела, не капризничала. Ирина все время держала ее за руки и разговаривала с ней.
Так оно и случилось. На второй день, она снова проделала эту процедуру, но можно было и не делать ее. Женечка снова стала резвой и проказливой.
– Пошли отсюда, суки, – приговаривала она, махая полотенцем. Часть из них вылетели, других она пришлепнула. Вдруг плохо еще разговаривающая Женечка зовет ее, и показывая на стенку пальчиком говорит:
– Мама, мама, смотли, вонана сюка, убей ее!
Ну как не умилиться от такого ребенка?
Ирини часто с благодарностью вспоминала старушку – благодетельницу с поликлиники.