Красная Поляна навсегда! Прощай, Осакаровка

Марфа оказалась необыкновенно голосистой. Костас пел чистым, густым баритоном. До позднего вечера, не вставая из-за стола, который каким-то образом успевал пополняться едой. «Моя, Ирини, уже была бы не довольна», – подумал Савва, нажимая на клавиши баяна, наслаждаясь беспроблемным, веселым временем. На пасеку они так и не пошли, Костас посылал туда детей с записками: кому, что делать, пока его нет.

Назавтра Савва поехал в Лесное, пообещав, к вечеру вернуться. С ним поехал Харлампий, коротко – Харик. Он работал сторожем на Полянской Гидроэлектростанции.

На смену ему заступать поздно вечером, так что он с удовольствием сопровождал Савву. Всю дорогу они говорили о Греции, ее короле и правительстве. Король Константин владел душой и сердцем Харлампия, и он впитывал в себя все, что рассказывал Савва о Греции и короле и его семействе. Говорил, собственно, в основном Савва, Харлампий, завидуя обширным познаниям гостя, только хмыкал и поддакивал. Такого кругозора, сто процентов не было даже у свояка Костаса. Харик ужасно позавидовал Савве, что у него есть цветная открытка короля Константина с женой, Датской принцессой и двумя их детьми, сыном и дочкой.

– Ну и как они выглядят? – спросил Харик, прямо-таки, сгорая от любопытства.

– Константин – красавец, настоящая греческая мужская красота. А королева – нежная беленькая, красиво одетая и причесанная. Любо-дорого посмотреть. Она датчанка.

– А дети?

– И дети хорошенькие. Там им четыре и шесть лет. Просто – ангелочки.

– Красивая семья! – восторгался Харик.

 – В Греции все должно быть красиво, а королевская семья – в первую очередь. Как ты, Савва, считаешь? – спрашивал он совершенно серьезно.

В Лесном их встретила мама Костаса, тетя София, наимудрейшая и добрейшая женщина. Это она, после бомбежки Адлера в сорок втором, когда убило сестер Женю, Катю и бабушку, приехала за ними и позвала мать Саввы жить в Лесное.

Тетя София так обрадовалась гостям, что не знала куда их посадить и чем угостить. Бегала туда-сюда из подвала за соленьями, салом и вином на кухню, позвала соседку помочь.

Она, конечно, внешне сдала. Ей уже за шестьдесят, постоянно одна, в работе. Сыновья не с ней: Костас в Поляне, Сташка живет в Краевском, около Адлера, а Ваня женился на украинке и живет где-то в Запорожье."

"После обильного обеда, они втроем прошлись по тем местам, где бегали в детстве со своими друзьями и братьями. Родной воздух, любимые места, чуть ли не заставили его прослезиться несколько раз.