Но все же он ощущал стойкое неприятие со стороны Ирининых братьев и сестры. Жена на него не смотрела уже несколько месяцев. Вместе приехали, соблюдая приличия, не более. Конечно, ему было жаль, что Роконоца умерла. Она была хорошей разумной женщиной. Ничего плохого ему она не сделала. Но что поделаешь, такова жизнь. Ему хотелось скорее убраться с их глаз долой. Слава Богу, ночевал он у кума, крестного Наташи. Но, по-видимому, Алексей забыл, что ее крестил, даже не спросил, как у крестницы дела. Спасибо, хоть помнил, что они кумовья.
"
"Аницу, сестру, он встретил в первый же день на похоронах. Она была с дочкой. После поминок они пошли домой к Саввиным кумовьям. Там они посидели около часа: Аня спешила домой. Ее ждали дела. Сказала, что ее свекровь тоже слегла. С мужем все также очень плохо живет. Савва смотрел на свою единственную сестру, которая сидела теперь перед ним загнанная, смотревшая затравленным взглядом, ни на что не надеющаяся, махнувшая на себя рукой. Недавно, самый младший ее сын погиб, попал под машину.
Она тяжело пережила потерю. Говорят, Тимка судится с водителем наехавшего на малолетнего сына и требует посадить того в тюрьму. К жене стал еще хуже относиться, считая, что она не доглядела. У Саввы было острое желание прикончить ее чудовищного мужа. Но знал, что это только у него в воображении. Что он может изменить? Пригласить сестру к себе? Ни в коем случае. У него самого земля под ногами горит. Самому в пору бросить жену и детей и уйти куда глаза глядят. Он наклонился к уху сестры и тихо стал уговаривать:
– Знаешь, что, сестра, не отчаивайся.
Я думаю, из всякого положения можно найти выход. Ты ведь знаешь, что у меня семейные дела тоже не сладкие. Между нами говоря, хочу бросить жену и уехать на Кавказ. И тебе советую сделать тоже. Бросай своего мужа, пока он тебя в могилу не загнал и не осиротил твоих детей. Я тебе оставлю денег на самолет. Поезжай на Кавказ… Будет тебе счастье, купишь билет в день вылета. А сумеешь купить билет заранее, тем лучше. Забирай детей, пусть даже не сумеешь уговорить старших, поезжай с дочкой.
Поедешь к Митьке с Федей. Приютят. А там и я приеду. К чему-нибудь придем. Адрес братьев я тебе сейчас напишу, я его знаю наизусть. Аня взяла деньги и листок бумаги. Внимательно прочитала. Уже надо было уходить, а она все медлила. Почти не проронив слова в течении разговора, она заплакала, прощаясь с ним. Десятилетняя дочь жалостливо посмотрела на нее, морща лицо, готовая тоже заплакать.
– Не плачь, сестренка.
