10
— Входите, входите, кто бы вы ни были!
Совершенно незнакомые люди взяли у Ребуса пальто, перчатки и бутылку вина, и он оказался в прокуренной квартире, на одной из тех многолюдных, шумных вечеринок, где легко улыбаться гостям, но почти невозможно ни с кем познакомиться. Из коридора он попал на кухню, а оттуда, через внутреннюю дверь, — прямиком в гостиную.
Стулья, стол, канапе были отодвинуты к стенам, и комнату заполняли оживленные, радостно галдящие танцующие пары — мужчины были без галстуков, в прилипших к спине рубашках.
Вечеринка, по-видимому, началась раньше, чем он предполагал.
С трудом пробираясь в гостиную, Ребус заметил вокруг и внизу — перешагнув через двоих инспекторов — несколько знакомых лиц. Он увидел в дальнем конце комнаты стол, заставленный бутылками и пластмассовыми стаканчиками, и счел позицию возле него довольно выгодной, к тому же более или менее безопасной.
Однако добраться до стола оказалось не так-то просто, и ему пришлось вспомнить кое-какие спецназовские приемы нападения и обороны.
— А, приветик!
На мгновение у него на пути, пошатываясь, возникла Кэти Джексон, но ее тут же увлек танцевать крупный — очень крупный — мужчина, и она, делая вид, будто с ним танцует, обвисла на его руках, как тряпичная кукла.
— Привет, — с трудом выговорил Ребус, состроив скорее гримасу, чем улыбку. Добравшись до стола с напитками и оказавшись в относительной безопасности, он налил себе виски и запивку. Для начала недурно.
Из кухни вышел коренастый человек с сигаретой во рту, явно не полицейский, и с двумя пустыми стаканами в руке приблизился к столу.
— Черт подери! — сказал он, ни к кому конкретно не обращаясь, и принялся перебирать бутылки. — Какого хрена я сюда приперся? Достал уже этот бордель, извините за выражение.
— Да, слегка достал.
«Ну вот и все, — подумал Ребус, — дело сделано, я с кем-то поговорил. Лед сломан, так что, пожалуй, надо уходить, пока не поздно».
Но он не ушел.