Вряд ли ошибусь, если из мрака давности извлеку главный упрек Крузенштерна:
– Камергер, будучи зятем самого Шелехова, конечно, более озабочен выгодами Компании за океаном, нежели прямыми политическими интересами петербургского кабинета…
Так или не так, я сам не уверен в этом, но вот свидетельство забытого нами историка А. Сгибнева: “Резанов, во избежание новых интриг Крузенштерна, решился уже возвратиться в Петербург, даже не побывав в колониях” – Аляске и Калифорнии.
Но тут с моря пришел бриг “Мария”, принадлежавший Компании, и это изменило все его планы… Крузенштерну он повелел:
– Я покину вас на “Марии”, а вы следуйте до Кантона, после чего можете возвращаться в Кронштадт. Доброго пути!
Сгибнев писал, что “ни Крузенштерн, ни его офицеры ни разу не навестили больного посланника и даже при уходе его на “Марии” в Америку никто не пришел с ним проститься”.
“Мария” вышла в открытый океан, и в пути к берегам Америки корабелы поведали Резанову, что русская жизнь на Аляске течет своим чередом: построили дом библиотеки, алеуты и даже индейцы изучают в школах французский, географию и математику, а в Кадьяке растет редкий фрукт – картофель."
"– Одно плохо: попались в капкан белые лисицы, предвещая несчастья.
С дипломатией было покончено – теперь Резанов выступал в роли инспектора Российско-Американской компании, владения которой раскинулись широко, и богатствам ее мешали пираты Карибского моря, стрелявшие с моря, завидовали Компании англичане и купцы Бостона, что были конкурентами русских, а король Гавайских островов звал русских в свой волшебный рай Океании, дарил плащи из перьев невиданных птиц, обещая завалить Аляску дешевыми кокосами и жирной свининой… Все было так!
Но Резанов застал Ситху в не лучшую пору: вновь прибывших встретили как “лишних едоков”, тогда как сами не знали, будут ли завтра сыты.