– Моя дочь покажет вам вашу комнату и вы сможете привести себя в порядок, – выдернул меня из мыслей голос Мусы. – А мы с вашим братом пока начнем обговаривать некоторые моменты…
Я лишь кивнул, отряхиваясь и следуя за нахалкой, которая совершенно не выглядела пристыженной.
– У вас что, традиция такая? – не выдержал я, поднимаясь за ней по лестнице на второй этаж. – Обливать гостей помоями?
Остановившись прямо посреди лестницы, она резко обернулась ко мне, отчего кончик ее длинной русой косы мазнул меня по щеке, обдав еле уловимым, но приятным фруктовым запахом, и впилась острым взглядом медово– карих глаз.
– Я уже извинилась! – насупилась девчонка. – И это были не помои, а просто грязная вода.
– Извинилась? Мне так не показалось. Когда извиняются – звучат искренне и раскаиваются в содеянном.
– Может мне в ноги вам упасть? Учитывая ваши слова, еще большой вопрос кто перед кем должен извиниться! – заставляя меня удивленно вскинуть брови, заявила эта пигалица.
– Вот это да– а– а! Нужно иметь талант, чтобы суметь так мастерски валить с больной головы на здоровую, – с презрением окинул взглядом наглую девчонку, огибая ее и продолжая подъем по лестнице.
– Что говорит не в пользу твоего характера, – пробормотала себе под нос нахалка, но я все равно услышал и неожиданно ухмыльнулся, понимая, что перепалка с ней подняла мне настроение, несмотря на первоначальное возмущение.
Остановившись у одной из дверей в коридоре, Лила (кажется нахалку зовут именно так), открыла ее и широким взмахом руки пригласила меня внутрь, немного кланяясь в поклоне.
– Прошу вас, дорогой гость. Ванная рядом с вашей дверью, а чистые полотенца для вас я оставила на кровати. Как закончите приводить себя в порядок, спускайтесь вниз. Мы сядем обедать, пока все не остыло.
– Надеюсь, обед готовила не ты? – решил немного еще поиздеваться над ней.
– Конечно, я. Кто же еще? – оскорбилась девчонка. – Но не волнуйтесь, травить никого не буду.
– Опыт в травле людей? – спрашиваю скептически, на что она чуть ли не дышит огнем от злости. Вот ведь петарда мелкая!
– Ха– ха, а вы шутник, – отвечает с сарказмом. – Не волнуйтесь, есть будем из общего блюда, а травить своих родителей я бы не стала.
И не дав мне даже возмутиться перспективе по– дикарски есть из одной тары с другими людьми, нахалка просто взмахивает косой, едва не заехав мне по лицу, и с гордым видом выходит, закрыв за собой дверь.