— Дышать не мог, — прохрипел, целуя мою шею, и у меня заболело в груди, я зарылась пальцами в его мокрые волосы. Есть признания, которые звучат иначе. Которые предназначены только для того, кто поймет. И если бы Макс сказал, что любит меня, это прозвучало бы фальшиво. Это было бы похоже на кого угодно, но не на него.
— Дыши мной.
— Дышу. Мне мало. Еще.
* * *Да. Он дышал мной. Он меня жрал безжалостно и беспощадно. Он отбирал у меня саму себя, отдирал с мясом и с кожей. Обнажал до костей. Он ласкал мои нервы, он касался моего сердца через грудную клетку и дразнил даже его до безумного возбуждения, и оно судорожно сжималось от собственного экстаза и истекало кровью, как влагой после оргазма.
"Он дышал мной, прислонив к окну, содрав мокрый, грязный халат и прижав к холодному стеклу, жадно целовал мой позвоночник, а я тряслась от сумасшедшей похоти, когда он поставил мою ногу коленом на подоконник и медленно глубоко вошел в меня пальцами сзади, обжигая дыханием мой затылок.
— Хочу дышать криками… кричи для меня, малыш.
И я кричала под раскаты грома. Захлебывалась, когда его язык погружался в мою плоть, то выскальзывал наружу, чтобы яростно и быстро ласкать набухший клитор и снова врываться внутрь дерзко и глубоко, вылизывая горящую промежность, сжимая мои ягодицы до синяков, не давая отстраниться.
Пока не почувствовала, как он сильным толчком вошел в меня сзади, наматывая на руку мои мокрые волосы, дергая к себе, заставляя прогнуться, принять всего целиком, причиняя легкую боль, проникая так глубоко, что я прикусила губы до крови, сходя с ума от страсти. Сжимает грудь, играет сосками и рычит мне в ухо.