Благо чеченская война их не касалась, как не трогало беспрерывное жужжание политического улья в разрываемой на части России, они теперь не имели отношения и к продолжающимся склокам в украинской церкви – Володимир, ставший патриархом свободной церкви, умер при странных обстоятельствах, а его похороны на площади Софийского собора вылились в настоящие беспорядки… Вот только плохо, что мир своей первобытной сутью имеет подлую способность травмировать людей, и защиты от этих постоянных козней человечество еще не изобрело.
– Почему Чечня, а не Крым? – живо интересовалась Лена.
– Наверняка потому, что конфликт с Украиной чреват более тяжелыми последствиями, – нехотя ввязывался в разговор Борис.
– А может, все проще… На Чечне этим парням легче зарабатывать. После активной фазы начнут восстанавливать разрушенные города. Выделят деньги из бюджета собственному же региону, а потом распилят.
– Что без толку гадать, – попытался утихомирить Лену Борис.
– Это верно, – согласилась Лена. – Только ведь там наша родина, и никуда от этого не деться, здесь мы чужие.
– Зато желанные, – поправил Борис.
– Ты действительно так считаешь?
– Во всяком случае, здесь мы в полной безопасности. Четыре с половиной года мирного неба и яркого солнца и никакой пальбы, разве это не доказательство моей правоты.
– Неужели так, неужели нас оставили в покое, поверили в то, что нас нет? – в глазах Елены забегали чертики, она бросила взгляд в сторону кроватки, где в сладком сне посапывала Сашенька.
– Не бойся, Лена, не думай ни о чем плохом, – успокоил Борис. – Я обо всем позаботился. Все этот чертов ящик, проклятые «Новости», они навевают тебе беспокойные мысли, будят пытливость твоего ума. Запомни, у тебя есть надежный защитник, который не даст тебя в обиду никому. Расслабься. Поняла?
Лена послушно кивнула.
Борису пришлось довольствоваться кратковременным успехом, он почему-то был уверен, что Лена еще не раз вернется к темам, затрагивать которые ей вовсе не следовало.