Да и Ипполит Германович не хочет никакой огласки. Он вообще сторонник тишины и спокойствия, не любит, когда кто-то сует нос в его дела. Мы можем вам помочь, но тогда вы будете должны Бестужеву. Думаю, поддержка главы местной администрации ему не помешает. Тем более в тех делах, что он планирует здесь проворачивать. Так что теперь вы полностью в нашей власти, Антон Игоревич. Вам решать, хотите ли вы остаться в живых.
– Конечно хочу! – гневно выпалил Куприянов. – Но вы все равно не сможете ничего доказать!
– А оно нам нужно? Правосудие свершится так или иначе.
– Я не верю в призраков…
– А в колдовство, значит, поверили? Тогда, тридцать лет назад.
– Главное, что в него верил этот мерзавец Семенихин! – крикнул Антон Игоревич. – Он убивал наших детей и сливал из них кровь! Я ни о чем не жалею… Олег Свирский тогда был участковым, он получил анонимный звонок… Ему позвонила какая-то женщина и все рассказала про Георгия Семенихина… Дескать, он колдун и приносит человеческие жертвы… Легавые все равно не смогли бы ничего доказать, суд им попросту не поверил бы.
"– Ненадолго, судя по всему. Колдунов хоронить тоже по особым правилам нужно, а не просто в старые колодцы скидывать.
– А ты в этом хорошо разбираешься, судя по всему. Теперь вы с Бестужевым, если я вам так сильно нужен, должны меня защитить!
– И мы снова возвращаемся к украденному черепу Семенихина, – кивнул Денис. – Он мне нужен!
– Но я понятия не имею, зачем Борис его украл!
– Может, он хочет, чтобы призрак все-таки до вас добрался?
– К чему ему это? Я этого мальчишку узнал-то всего пару-тройку дней назад, а до этого в глаза его не видел!
– Знаете, где он живет?
– Да черт его знает! Он сам из Санкт-Эринбурга.
– Придется его разыскать, и как можно скорее, – вздохнул Денис. – Ночь на дворе… Призрак снова выйдет на охоту.
– Я забаррикадируюсь в этом кафе! – сказал Антон Игоревич.
– И какой в этом смысл? Стены для него не преграда.
– А что – преграда?
Денис молча осмотрелся по сторонам. Затем вытащил из рюкзака кусок мела.