Это на людях мы соблюдаем субординацию по принципу: работодатель – подчиненный, а за закрытыми дверями, без одежды, он главный.
Обхватив его руку обеими ладонями, облизываю пальцы, представляя, что это его член. Этими мыслями сама себя довожу до точки кипения.
Капризно хнычу, когда он забирает лакомство и вскрикиваю, когда мокрые пальцы раздвигают мои складки. Смешивая мою слюну с выделениями, мягкими движениями массирует клитор. Продолжая ласкать, вновь в меня входит.
- Хорошо тебе?
- Да, ты же знаешь…
- Знаю.
"Лучше меня знает, как сделать хорошо, а все равно каждый раз спрашивает.
Максимально растягивая своим немаленьким размером, двигается размеренно, неумолимо подталкивая меня к обрыву.
О, да… сегодня у меня будет второй оргазм.
Держась руками за кованое изголовье, ловлю его тяжелый взгляд. Безжалостный, жуткий. Мне кажется, убивая врага, он смотрит на него так же. Ни капли сомнения или жалости.
Меня это вставляет не по-детски. Изнывая от похоти, так и хочется плакать и умолять его о пощаде.
Собственно, это я и делаю. Не в силах больше терпеть, начинаю под ним извиваться.
- Хватит, Алекс… слышишь?.. Убери руку или дай мне кончить…
Рука с моей промежности исчезает.
- Ты охренел?!
Жестко усмехнувшись, он престает двигаться и, максимально разведя мои ноги в стороны, выпускает на место соединения наших тел порцию слюны.
Твою мать!.. Этого оказывается достаточно, чтобы вышвырнуть меня из атмосферы в космос. В глазах темнеет, а по венам растекается горячий воск.
Дальше Алекс не нежничает, закинув одну мою ногу на свое плечо, доводит себя до финала.
Разомлевшая, лежа поверх белого покрывала, из-под опущенных век наблюдаю, как Алекс одевается. Он никогда у меня не остается. Не положено.
- Как думаешь, зачем он вернулся?
- Не думай о нем. Спи, завтра трудный день.
- Что ему нужно от нас?
- Я усилил твою охрану. Выставим завтра оцепление…
- Зачем? Глупости…
- Не тебе решать.
Склонившись, дарит целомудренный поцелуй в лоб и, выходя, тихо прикрывает дверь.
С его уходом меня вновь начинают одолевать черные мысли. Ничего не могу с собой поделать. Тревожно на душе.
Услышав звук входящего на телефон сообщения, голышом бегу к сумке.
Номер неизвестен.
«Не могу не думать о тебе, Ириша. Я вернулся, чтобы быть с тобой»
Скотина.
Что за игру он ведет? Неужели думает, что я дважды наступлю на одни и те же грабли? Если так, то он конченный идиот.
- Ириша, - гримасничая перед зеркалом, передразниваю его.