Ничего эдакого в его объятии не было. С таким же видом несут раненого товарища или ребенка. Да и по возрасту я вполне могла быть его дочерью, даже если учесть мой опыт в реальном мире.
Совершенно неделикатно он сгрузил меня на постель и прикрыл поверх платья и халата углом покрывала.
– Теперь не замерзнешь. Проспись, пьянь.
В голосе даже слышались нотки нежности! Будто действительно принес непутевую дочку после загула в клубе. Я невольно улыбнулась. Левый Барон оказался не таким уж страшным монстром, как его рисовали слухи.
Так репутацию поддерживать надо. А я вроде как почти семья, со мной можно и расслабиться.
Лорд Суон погасил лампы, оставив одну свечу в подсвечнике-стакане в качестве ночника, и ушел. Я свернулась калачиком, поплотнее укутавшись в покрывало. Раздеваться и менять пропитанное вином платье не было сил. Если что, сама себя и исцелю – не привыкать.
И зачем меня только потянуло в эту артефакторику? Ах да. Чтобы лечить всех девочек сразу. А, собственно, кто мне мешает?
Я уставилась на сверкнувшую от огонька свечи шпильку, все еще зажатую в моем кулаке.
Я аж села на постели. И откуда только силы взялись?
Срочно на фабрику шин!
Ну, не сейчас, конечно. Я усилием воли заставила себя лечь и сразу же подскочила – наконец до организма дошло, что у него совершенно мокрая задница. Горничную вызывать не стала – я еще не настолько обленилась. Извернувшись, сама сняла корсет, благо он у меня был чисто символический. Утягивать и деформировать внутренние органы я отказалась наотрез.
Не забыть бы завтра еще похмелье с утра изобразить, напомнила я себе и провалилась в сон.
* * *Визит на резиновую фабрику оказался на редкость плодотворным. Управляющий поначалу норовил послать гонца к владельцу предприятия – вроде как все деловые вопросы должен решать хозяин.