Но Чэн Цянь, все это время прятавшийся за деревом, совершенно не узнавал Лужу. Взрослея, девочки сильно преображались. Порой, когда малышка превращалась во взрослую барышню, она становилась почти неузнаваемой по сравнению со своим первоначальным обликом. Более того, в этот момент Лужа спрятала свои крылья.
Чэн Цянь понятия не имел, кто она такая, поэтому не показывался и продолжал наблюдать со стороны.
И тут Лужа вдруг почувствовала, что цепи вокруг неё ослабли. Она услышала, как сильный демон в панике воскликнул:
— Барышня, скорее бегите!
Лужа была ошеломлена.
— Чёрт возьми, это просто маленький столетний монстр!
Левая рука тёмного заклинателя резко вытянулась вперед, пальцы сжались в подобие когтей, собираясь сомкнуться на цепях. Но его правая рука крепко сжала левое запястье, как бы останавливая его. Первый голос снова взревел:
— Хватит прикидываться мёртвой! Скорее беги, я долго не продержусь!
Это был первый раз, когда Лужа встретила такого странного тёмного заклинателя.
В тот момент, когда она подняла голову, девушка забыла, что должна была сбежать.
Она ошеломлённо воскликнула:
— Четвёртый старший брат?!
Глаза этого демона горели ярко-красным, а лицо было перекошено злобой. Его черты исказились почти до неузнаваемости, но она с первого взгляда поняла, что это был не кто иной, как Хань Юань.
Когда она окликнула его, Хань Юань тоже, казалось, удивился. Выражение его лица смягчилось, и его взгляд упал на Лужу. Но будто в недоверии или недоумении, он избегал долго смотреть на неё. Через некоторое время его губы наконец зашевелились, и он тихо произнёс:
— Ты, ты… Младшая се... Ах!
Прежде чем он успел договорить, демоническая аура снова вырвалась наружу.
Холодный голос вновь произнёс:
— Так ты, оказывается, и есть Хань Тань. Так даже удобнее!
Как только он сказал: «Хань Тань», зрачки Чэн Цяня сузились, и он больше не мог думать о чем-либо другом. Еще до того, как он появился в поле зрения, тень ледяного меча уже ринулась вперед, намереваясь разрубить цепи, связывающие девушку. В то же время откуда-то сверху раздался протяжный свист, и земля содрогнулась.