Боюсь, мы не сможем договориться.
Пусть Хань Юань и не желал с ними сотрудничать, но каждый из них в душе все еще ему доверял. Даже находясь в другом лагере, он все равно был «своим».
Янь Чжэнмин вздохнул и сказал:
— Если у тебя есть что-то еще, так доставай.
Знамя истинного дракона, собранные со всего света могущественные заклинания, всевозможные снадобья, жемчужина ночи, насекомые проводники и многое другое. Он постоянно что-то собирал.
Янь Чжэнмин осмотрел свою коллекцию и подробно объяснил Чэн Цяню, как пользоваться некоторыми предметами.
— Если и дальше будешь проигрывать, мы потеряем все, что имеем, — сказал Янь Чжэнмин. — Когда все это закончится, давайте воспользуемся суматохой, чтобы получить как можно больше прибыли.
Сильнейший заклинатель меча целыми днями только и думал, что о деньгах. Какое несчастье.
Но не успели они и глазом моргнуть, как наступил вечер5.
5 子时 (zǐshí) — первый большой час суток (от 11ч. вечера до 1 ч. ночи).
В ночи Массив десяти сторон казался еще таинственней.
Хань Юань встал во главе отряда и увидел позади себя длинную тень огромного разъяренного дракона. Все огни вокруг разом погасли, не на шутку перепугав заклинателей. Половина лица Хань Юаня оказалась скрыта в тени. Юноша склонил голову и самонадеянно ухмыльнулся.
Девять мудрецов из «кошмарных путников» последовали за ним, и группа чуждых друг другу6 темных заклинателей первой вошла в массив.
6 貌合神离 (mào hé shén lí) ― на вид ― вместе, сердцем ― врозь (поддерживать видимость хороших отношений; чужие друг другу).
Когда десять человек оказались внутри, у края массива вспыхнули десять свечей. Прочное железное основание, на котором они стояли, заволокло черным туманом. Вырезанный на свечах дракон внезапно ожил, демонстрируя опасные клыки, и черный туман устремился в небо.
Ночью в горах был сильный ветер, но пламя свечей все равно тянулось вверх.
"В этот момент к массиву начали стягиваться всевозможные заклинатели, получившие на руки свитки. Все они сильно отличались друг от друга, но кое-что у них все же было общим — совершенно равнодушные лица. Никто из них не смотрел на стоявшего впереди У Чантяня. Каждый шел сам по себе.
Когда они переступили границу массива, в соседнем ряду, одна за другой, вспыхнули еще десять свечей.