Неужели ни один его шаг не был запятнан кровью?
Сдадутся ли те, кто возложил на себя бремя своих наставников и братьев?
Хань Юань первым нарушил молчание и произнес:
— А я-то думал, что мне придется долго ждать, прежде чем я встречу следующего человека. Маленький старший брат, твоя жажда крови нисколько не уступает печально известным «кошмарный путникам».
Чэн Цянь снова щелкнул пальцами. На его ладони вспыхнул маленький огонек и тут же взвился в воздух, раскрывшись, словно цветок лотоса. Речной фонарь медленно поплыл над их головами, освещая темноту Массива десяти сторон, заливая все вокруг лунным светом.
— Иди сюда.
Хань Юань не сдвинулся с места.
— Ты тот внутренний демон или ты Хань Юань? Скажи Хань Юаню, пусть выйдет и поговорит со мной.
«Хань Юань» усмехнулся:
— Хань Юань… Когда-нибудь я окончательно избавлюсь от этого мусора.
Но даже несмотря на эти слова, он все равно прикрыл глаза, и красноватое свечение в глубине его зрачков внезапно погасло. Его взгляд все еще был полон коварства, но, тем не менее, он стал куда яснее.
Настоящий Хань Юань молча подошел к Чэн Цяню, сел и тихо сказал:
— Маленький старший брат.
В детстве Сяоху был неказистым ребенком. Он только и делал, что фонтанировал дурацкими идеями и глупо хихикал. Но даже теперь, когда он вырос, его все еще нельзя было назвать красивым.
Он был высоким и худощавым человеком, со впалыми щеками. На плечах он носил длинный черный халат с изображением свернувшегося дракона4. Он всегда казался напряженным. В нем соединились две разные личности, что сделало его настроение крайне переменчивым. Скрываясь за слоями черный Ци, он выглядел совершенно другим человеком. Человеком, что вел себя как собака.
4 蟠龙 (pánlóng) — свернувшийся дракон (орнамент: фигура дракона, обвившегося вокруг своей головы).
Чэн Цянь запрокинул голову и посмотрел на утонувшую в тумане верхушку Массива десяти сторон.
— Что ты будешь делать, когда скандал достигнет апогея?
Но Хань Юань не ответил, он пристально посмотрел на юношу.
— Почему ты прыгнул в море? Зачем убежал и спутался с «кошмарными путниками»? Зачем позволил внутреннему демону взять верх? Зачем? — продолжал Чэн Цянь.
Хань Юань опустил глаза.