Задумавшись, она молча опустила голову.
— Что случилось, девочка? — спросил идущий рядом мужчина.
Подняв глаза, Лужа увидела, что это был Тан Чжэнь. Они не были знакомы, но в Печати перерождения Тан Чжэнь спас ее от великого наставника. Его вполне можно было назвать другом.
Девушка еще немного помолчала, но в итоге заставила себя улыбнуться.
— Старший, мне уже больше сотни лет, я не маленькая девочка, — сказала она.
— Столетний красный журавль с несформированными костями вполне себе может считаться маленькой девочкой.
Услышав слова «красный журавль», Лужа тут же перестала улыбаться. Девушка вздохнула и прошептала:
— Я не настоящий красный журавль.
— Что ты имеешь ввиду? — осведомился Тан Чжэнь.
И хотя он постоянно задавал вопросы, он вовсе не выглядел удивленным. Казалось, он вообще ничему не удивлялся.
Лужа не была похожа на своего второго старшего брата, на уме у которого всегда было множество различных хитростей. Она не слишком бдительно относилась к людям. Кроме того, Тан Чжэнь всегда был в тесных отношениях с кланом Фуяо, потому она без стеснения произнесла:
— Моя мать была королевой демонов из Долины, что лежит на заднем склоне горы, но мой отец не был королем.
Тан Чжэнь, похоже, не ожидал от нее такой прямоты. Сперва он даже растерялся.
— Говорят, что после рождения, я более ста лет провела в яйце. Все вокруг считали меня мертвой. Моя мать вторглась на Небесную платформу и вскоре умерла, оставив меня там. Я никогда не видела своего отца.
Она жаловалась, но в ее словах сквозило полное равнодушие. Ее речи забавляли Тан Чжэня, и печать болезни, казалось, исчезла с его лица.
Лужа вытерла нос и сказала:
— Во всяком случае, второй старший брат сказал, что мой отец просто не хотел девочку. Я всего лишь неоперившийся цыпленок, нет смысла мне сочувствовать.
3 绿帽子 (lǜmàozi) — зеленая шапка (обр. о рогах, якобы наставленных обманутому мужу).
Тан Чжэнь ненадолго остановился и открыл было рот, собираясь утешить ее, но прежде, чем он успел хоть что-то сказать, Лужа моргнула и высмеяла саму себя.