Когда Янь Чжэнмина охватила паника, а на тыльной стороне ладони вздулись вены, каменные ворота со скрипом открылись вовнутрь.
Невероятно!
Эта старая курица поверила в браваду старшего брата!
Янь Чжэнмину потребовалось огромное усилие, чтобы разжать губы, готовые вновь изогнуться в усмешке, в то время как для Чэн Цяня, привыкшего разыгрывать спектакли, это оказалось легко. Янь Чжэнмин сделал вид, что отряхивается, и изящно вытер пот с ладоней об одежду. Вскинув бровь, Чэн Цянь сказал ему: «Спасибо, старший брат».
Ли Юнь не понял, что произошло, и был поражен мужеством старшего и младшего братьев. Увидев, что они оставили его позади, он сначала не знал, что делать. Ли Юнь был очень напуган, но и убежать не мог. Поколебавшись, он, наконец, набрался храбрости и побежал за ними.
По другую сторону каменных ворот находилось жилище, внутри которого оказалась вовсе не пожирающая людей старая карга, а гигантская парализованная птица, сидевшая в углу.
На самом деле, это была не «старая курица».
Глядя на табличку в руке Чэн Цяня, Цзыпэн чжэньжэнь сказала:
— Отдай ее мне.
Янь Чжэнмин собрался уже соврать, чтобы одурачить ее, но Цзыпэн чжэньжэнь рявкнула:
— Заткнись, щенок! Ты действительно думаешь, что твои мелкие уловки смогут обмануть меня? Отдай ее мне!
Чэн Цянь тут же почувствовал, будто его засасывает, и, прежде чем успел среагировать, невольно направился к птице.
Как гласит пословица: «Изголодавшийся верблюд все равно больше лошади»."
"Только теперь Янь Чжэнмин понял, что, даже если его догадка о ранении Цзыпэн чжэньжэнь оказалась верна, для нее все равно было проще простого убить их всех.
Когда она протянула руку, чтобы схватить табличку, в темной пещере из ниоткуда, вспыхнул яркий свет. Никто из трех юношей не увидел, что произошло. По собственной воле закрыв глаза, они услышали лишь крик, а когда снова смогли их открыть, талисман уже лежал на земле.
Цзыпэн чжэньжэнь, казалось, была потрясена.