Хань Юань протянул грязную руку и ткнул пальцем в рожденное яйцом дитя. Затем он перевел взгляд на ту часть тела, на которую не должен был смотреть, и принял несвоевременное решение."
"— Это… это девочка.
От толчка Хань Юаня малышка упала лицом вниз. Она попыталась пошевелить конечностями, но обнаружила, что уже не так подвижна, как в яйце. Вероято, немало от этого расстроившись, она издала громкий крик.
И все вокруг задрожало.
Хань Юань, стоявший к ней ближе всех, плюхнулся на землю и завопил:
— Что это, черт возьми, такое?
— Небесное Чудовище, — ответил ему слабый голос.
Цзыпэн чжэньжэнь проснулась, пока никто не обращал на нее внимание. Она висела над головой гигантской птицы, расплывчатая, как туман; в призрачном состоянии ее очертания были едва различимы.
Казалось, у нее не было сил думать о других, и она со смешанными чувствами созерцала маленькую девочку на земле. Наконец, она вздохнула и мягко сказала:
— Это результат союза между Королевой монстров и смертным, который следовало бы казнить сразу после его рождения.
Хань Юань был сбит с толку ее рассказом, но точно уловил суть и воскликнул:
— Что? Короля монстров обманули?
— Ты… заткнись! — тихо прошипел Янь Чжэнмин.
Чэн Цянь же слушал и понимал, что за «вещь» они случайно прихватили с собой.
Это объясняло, почему Король монстров не мог избавиться от этого ребенка, даже когда спустился и потерял свои силы. Потому что те, кто шел по Темному Пути, не могли подняться на Небесную платформу.
Но… кто тогда забрал ее оттуда?
Господин Бэймин?
— Приведи ее сюда, дай мне взглянуть, — приказала Цзыпэн.
Янь Чжэнмин немедленно встревожился.
— Что ты хочешь с ней сделать?
Но стоило ему это сказать, как он, казалось, понял, что его тон прозвучал слишком грубо и поспешил добавить:
— Цзыпэн, эта маленькая девочка только что родилась.
Когда ребенок заплакал, Янь Чжэнмин с отвращением поспешил отойти прочь. Но одно дело — не любить ее, и совсем другое — отдать ее Цзыпэн. Как она сказала, этот ребенок был живой зеленой шляпой на голове Короля монстров [1].