– Какая мамочка устоит перед мужиком, что сумел наладить контакт с ее детьми, очаровать и родного отца заменить? Давай, лови каждое слово, мой маленький Казанова-а-а…
Фраза обрывается хрипом. Потому как рефлекс контролировать трудно. Сдавливаю глотку Тайсона. Выразительно, показательно, жестко. Хватит болтать. - Хорошо, - сипит. – По сути, по сути… прости.
Отпускаю его. Даю второй шанс. Последний. Если опять хрень понесет, то придется закончить дружбу. Придушу и выкину из тачки к чертям собачьим.
Я признаю свои слабости.
Что я знаю про детей? Мало. Только то, что сам ребенком был. И был не подарок.
+++
Вечером я приезжаю в «Питбуль». Это уже давно входит в привычку, становится потребностью, частью моей рутины. Дать волю ярости, позволить моим демонам оторваться, позабавиться без тормозов, взорвать реальность. Спустить с цепей дьявольских псов, порвать всех и каждого, кто осмелится бросить вызов, жадно вгрызаться в чужие глотки.
Не важно, с кем я выйду на ринг. Итог один – залитый кровью помост, сбитые в месиво кулаки и пьянящий экстаз, разливающийся глубоко внутри.
На город падает ночь, и я становлюсь настоящим. Дышу. Живу. Обретаю контроль над собственным хаосом. Это круче запрещенных препаратов, круче алкоголя и оргазма.
Хотя сейчас я начинаю сомневаться. Кажется, нет ничего слаще, чем кончать в мою Ледяную Королеву раз за разом, потом наблюдать, как сперма стекает по ее бедрам, засыхает, оставляя выразительные отметины.
Я бы ее в душ не пускал. Держал бы в кровати. Под собой. Вдалбливался бы вглубь, до нутра продирал, вкачивал бы ей снова и снова.
Интересно, а она предохраняется? Пьет таблетки? Или еще чего использует? О резине мы и не вспоминали. Когда встречаешь свою женщину, жаждешь полного контакта. Кожа к коже. Иначе никак.
Моя женщина. Даже странно об этом думать. Моя. Произношу это вслух, тихо, чуть слышно, и сразу ее вкус на языке чувствую. Член дергается, яйца ноют.
Может, на хрен бой послать и к ней помчаться?
Нет. Нельзя.