И каждый, кто оказывался между ним и его проклятой целью, неизбежно страдал. Погибал. Был разрушен и стерт с этой земли.
Успех отца, его феерический взлет от низа до вершины мира, все это кружило башку очень многим, дурманило и будоражило. Люди болтали, будто за свои богатства он заключил договор с дьяволом. Продал собственную душу, только бы получить свою мечту. Ха, наивные. Стал бы он продавать что-то свое? Личное? Собственное? Нет, никогда. А вот всех, кто имел неосторожность ему довериться, хоть как-то открыться, показать слабые места… всех до единого он продавала.
- Я горжусь тобой, сынок. Ты всего достиг сам. Никогда и ничего у меня не просил. Шел напролом. И пусть я одобряю далеко не все твои решения, все равно чувствую восторг, глядя на то, чего ты добился без какой-либо помощи.
Пиздец. Вранье льет из него как из ржавого ведра. Он прекрасно понимает, что я чую ложь, безошибочно различаю чертову вонь лицемерия.
"Отец на дух не выносит то, чем я здесь занимаюсь. Считает, растрачиваю талант. Уверен, я должен перекладывать бумажки из одной стопки в другую, греть жопу в очередном его офисе, возглавлять какой-то дебильный филиал. Желает, чтоб я от скуки подох, забыл про бои без правил, перестал маяться ерундой и занялся делом.
Хотя осознаю реальность четко. Будь воля моего отца, он бы мигом все гайки закрутил. Нет у меня никакой самостоятельности. Бабло поднимаю, регулярно, по плану. Но стоит моему папаше захотеть, «Питбуль» прикроют за секунду, менты перестанут покрывать заведение, повяжут всех.
Хорошо, что отец знает: против лома нет приема. Я скорее сдохну, чем начну по его правилам играть. Между нами перемирие. Пока что. Он ни рискнет его нарушать.
Тогда какого хрена приперся? Зачем нелегкая принесла?
- Твои успехи впечатляют. На определенном поприще ты весьма успешен. А как обстоят дела с нашим договором?
Ясно.