Обернувшись, я увидела, что находилась в самой передней части яхты, и от падения в воду меня ограждали только металлические перила.
Решиться перелезть через ограждение было очень просто, но сделать это оказалось намного сложнее, чем я могла предположить. Мои налившиеся свинцом конечности совершенно отказывались подчиняться.
— Бешеная сучка собирается прыгнуть в воду, — проскрежетал один из охранников. Все четверо, остановившись в нескольких метрах от меня, настороженно наблюдали за моими действиями.
Мой взгляд опустился вниз к беспокойной синеве океана. Шумевшие волны гипнотизировали, и небольшая часть моего сознания, которую ещё не успел затуманить наркотик, не могла не оценить иронию настигшей меня участи.
Я никого не смогла спасти, никому не успела помочь, и та жертва, на которую мне пришлось пойти ради Люси с Билли, обернулась ничем, кроме моей собственной смерти.
Снова посмотрев на своих преследователей, я вдохнула полной грудью влажный обжигающий воздух. По крайней мере, у меня оставалась возможность дышать по собственной воле.
Раздавшийся хрип и глухой удар заставили меня снова открыть глаза вопреки тому, что с каждой истекавшей секундой это было всё сложнее. Двое охранников упали навзничь, а остальные, выхватив оружие, дико осматривались по сторонам в поиске источника поражения. Уже через несколько секунд с пулей во лбу упал ещё один, и не успел он достичь пола, как к нему присоединился последний.
Прибывая в полнейшем шоке, я смотрела на развернувшуюся вокруг меня кровавую бойню, не понимая, как это могло случиться. Могло ли это стать плодом моего одурманенного воображения?
Я зажмурилась и когда снова, приложив усилие, открыла глаза, увидела, как по бортам яхты со всех сторон поднимались одетые в чёрное фигуры. Очень скоро эти люди оказались на палубе, тихо передвигаясь под маскирующий шелест ветра и волн.
Снизу доносились выстрелы, сопровождаемые криками, но это, казалось, никак не подействовало на захватчиков.
Я не имела ни малейшего представления, что делать дальше. Оглянувшись назад, я снова посмотрела на воду. Тёмно-синие волны гипнотизировали меня и звали за собой. Мои пальцы всё больше ослабевали и становилось почти невозможно держаться за перила.
— Кэтлин!
Моё имя развивалось на ветру. Как странно.