Вот как она по одному только внешнему виду определила, что Рассаэрн достойный?! И ведь не кривила душой, я маму хорошо знала. Рас ей действительно понравился. Тихонько перевела дух, осознав, что все это время тоже нервничала, как мама воспримет появление мужчины рядом со мной. Она хоть и ворчала, что я дожила до двадцати семи и ни разу ни с кем толком не встречалась – доходило только до поцелуев, потом я как-то разочаровывалась в представителях противоположного пола, – но не торопила, часто повторяя, что мое я встречу.
– Спасибо за столь лестную оценку, Инесса Викторовна, – ответил мой демон, отвлекая маму от моего смущения, чтобы она лишних вопросов не задавала. – Надеюсь, не разочарую вас.
– Ой, Руслан, главное, Аришу не разочаруйте. – Мама махнула рукой и улыбнулась. – Она у меня привереда та еще, скольких кавалеров оставила ни с чем!
– Ма-а-ам! – протянула я, краснея еще больше.
– Что «мам», а то я неправду говорю. – Она продолжала улыбаться, а в глазах плясали хитрые огоньки. Мама поправлялась на глазах, и я снова видела жизнерадостную, веселую женщину, какой она была до болезни.
– Мы тогда тебя заберем в конце недели, да? Когда выпишут? – Я оглянулась на Раса, дождалась его кивка и снова посмотрела на маму.
– Ой, может, я сама? У вас дела, наверное, – попыталась отказаться моя родительница, она всегда отличалась скромностью и не любила причинять людям неудобства.
– Вам не стоит утруждать себя, – мягко возразил Рас. – Мы с Ариной заедем, обязательно.
Мама кротко вздохнула.
– Ну ладно. Ариночка, так ты теперь где живешь-то? – словно спохватившись, добавила она и так невинно посмотрела на меня. – Далеко от нас?
Ну, мама, ну!.. Я с возмущением глянула на любимую родительницу, чувствуя, как пылают щеки. А Рассаэрн еще и добавил переживаний, самым бесцеремонным образом обняв за плечи и чуть прижав к себе.
– Мы живем в моем загородном доме, – за меня отозвался Рассаэрн. – И я готов привезти к вам Аришу в любое время, когда вы захотите с ней увидеться. – А вот следующая его фраза оказалась для меня полной неожиданностью: – Инесса Викторовна, вы не будете возражать, если я женюсь на вашей дочке?
Я беззвучно охнула, бросив взгляд по сторонам – кроме мамы в палате лежали еще две женщины, – но они, казалось, нас не замечали.