Он слышал только стуки сердца, и собственное прерывистое дыхание и казалось, что «духи» могут услышать это дыхание. Олег не знал, где сейчас находятся разведчики Данилова, и подумал, что если кого-то увидит в темноте, то полной уверенности, что это чужой, у него не будет…
Добежав до околицы, группа на несколько мгновений остановилась. Олег прислушался. Морозная тишина висела над селом, и ни одним звуком Сельментаузен сейчас не встречал разведчиков…
Иванов одному из разведчиков на что-то указал рукой и тот, вскинув бесшумный «Винторез», оснащенный ночным прицелом, выстрелил в темноту.
— Пошли, — Иванов поднялся, и почти в полный рост двинулся дальше.
Через минуту Олег завалился в придорожную канаву в сорока метрах от объекта захвата. Иванов выслушал Данилова:
— Движения никакого не видно. Собака, по всей видимости, спит в конуре.
— Понял, — кивнул Иванов. — С Богом!
Разведчики кусачками уже перекусили сетку рабица с одной стороны, что бы иметь возможность бесшумно подойти к входной двери. В дыру юркнули Мишин и три бойца его группы. Практически сразу раздался негромкий хлопок «Винтореза»…
Олег не видел, что они там делали, но через минуту вдруг на полнеба полыхнуло зарево, а по ушам ударил резкий звук взрыва.
Тут же группа Данилова произвела несколько выстрелов из реактивных огнеметов по окнам дома. Снова полыхнуло яркое пламя.
— Вперед! — уже не таясь, крикнул Иванов оставшейся группе Мишина.
Полдюжины разведчиков подскочили и метнулись к дому. Со стороны дома послышались автоматные очереди и почти сразу — еще два взрыва.
Олег засунул пистолет под разгрузочный жилет, и перехватил в руки автомат. Когда начался захват, уже не было смысла ни таиться, ни пользоваться бесшумным пистолетом. Сейчас автомат был куда нужнее…
В доме раздалось еще несколько автоматных очередей.