— А у вас когда? — тут же спросил Лунин, посмотрел поочередно и на Свету и на Олега.
— Секрет… — рассмеялась Света.
— Ну, так когда? — влез Романов.
— Наверное, уже скоро… — вдруг сказала Света.
Олег повернулся к жене:
— Что ты сказала?
Лунин рассмеялся:
— Да, как обычно… муж всегда новости узнает самым последним…
— Света, что ты только что сказала? — Олег смотрел Свете в глаза.
— Наверное, уже скоро… — ответила Света.
— Что, на самом деле?
— Ну, если тест не врет…
— Господа, — усмехнулся Романов. — Мы присутствуем при знаменательном событии! Чета Нартовых на наших с вами глазах только что обзавелась ребенком!
— Света, правда? — Олег все еще не мог поверить в то, что сказала Света.
— Ну, насколько не врет химия… надо будет еще все тщательно проверить…
Олег подскочил к ней, и обнял супругу:
— Светка! Как я тебя люблю! У нас будет ребенок!
— Товарищи, — снова в разговор влез Романов. — Давайте потише! Ведь общественное место…
— Ладно, ладно… — отмахнулся Олег. — Вы мне уже скоро не будете командирами… так что и не командуйте тут…
— Это как это? — спросил Лунин.
— Ну-ка, — усмехнулся Серебров. — С этого места подробнее…
— Вот, блин, день сюрпризов… — рассмеялся Романов.
— Ну, в общем, мы решили со Светой уходить из армии. Все, навоевались оба…
— И куда ты? — спросил Романов.
— Наверное, в МИДе буду трудиться… — предположил Олег.
— Такого офицера теряем, господа… — сказал Серебров.
— Ну что ж… — Романов почесал затылок. — Препятствовать не буду.
— А я стану нарушителем дисциплины и пьяницей, — сказал Олег. — Вот меня быстро и уволят…
— Этот номер не пройдет, — сказал Лунин под смех Сереброва и Романова. — Я этим самым уже три года занимаюсь, и до сих пор не уволили…
— Я буду пить больше тебя… и дебоширить…
— Больше меня не получится. Я самый главный алкаш в бригаде… — заявил Лунин с нескрываемой гордостью.
— Да… — подвел итог Романов. — В МИД тебя, пожалуй, и возьмут, но из армии еще долго не уволят…
— Опять же хорошо — две получки буду получать, — съязвил Олег.
— Так, самолет подкатывают, — сказала Света. — Это наш…
Стали смотреть во все глаза, как ставили трап, как начали выходить из самолета пассажиры.
— Вон он идет… — сказал Лунин.
— Он не может идти… — возразил Романов. — По заключению наших костоправов он навсегда должен быть прикован к постели…
— К черту костоправов, — сказал Дима.